Внезапно на поясе завибрировал мобильник, и Донцов поспешил ответить:
– Слушаю. – глухо произнес он.
– Привет, брат. – раздался из динамика голос Симонова. – Мне нужно срочно с тобой поговорить. Можешь подъехать в штаб?
– А что случилось? – взволнованно спросил Сергей.
– Не телефонный разговор. – уклончиво пояснил Симонов. – Так тебя ждать?
Донцов на секунду задумался, но потом решение пришло само собой. Ведь штаб московского отделения ОБНВ находился совсем недалеко от назначенного сектантами места встречи.
– Хорошо, я скоро буду. Жди. – твердо ответил он другу и прервал связь.
Когда Сергей вернулся в кухню, Тотский сидел за столом и вновь курил свои странные сигареты с таким знакомым горьковатым запахом.
– Собирайся, Стас, нужно ехать. – решительно объявил он напарнику.
Тотский едва заметно вздрогнул, острые плечи напряглись.
– Но еще рано. – бесцветным голосом возразил он.
– Мне позвонил Симонов, просит срочно подъехать в штаб. У него есть какая-то информация. – уже мягче пояснил Донцов, затем положил руку на плечо напарника и, дружески хлопнув, добавил: – Не дрейфь, все будет хорошо.
Тотскому нужно было упаковать технику и собрать свои вещи, так что Сергей вышел из подъезда первым. На улице ему в лицо ударил порыв сырого холодного ветра, поежившись, он застегнул куртку и сбежал по ступенькам во двор.
Когда Донцов уже подходил к машине напарника кто-то легонько коснулся сзади его плеча.
Вздрогнув, он резко обернулся. Перед ним стояла Амели.
– Вы пришли днем? – ошарашено глядя на девушку, пробормотал Сергей.
– Я пришла вам кое-что дать. – ее голос был очень тихим, создавалось впечатление, что она долго плакала. Но это была лишь догадка, ведь Донцов знал – красных опухших глаз, у вампира никогда не увидишь.
Амели достала из кармана плаща какой-то небольшой темный предмет и настойчиво вложила ему в ладонь.
– Что это? – он разжал пальцы и взглянул на странный подарок. Больше всего это походило на медальон, выполненный из червонного золота, Сергей ощущал приятную тяжесть благородного металла. На одной стороне медальона был изображен изящный женский силуэт в языках пламени, на другой непонятные символы.
– Пожалуйста, господин Донцов, наденьте его прямо сейчас. И не снимайте, пока все не закончится. – умоляюще произнесла девушка. – Это – Лилит. Она сохранит вас в минуту опасности. Вас обоих.
Амели нежно коснулась пальцами его руки и заглянула в глаза.
– Пообещайте мне, что не снимите.
Чувствуя, как к щекам вновь предательски прилила кровь, Сергей поспешно расстегнул куртку и надел медальон.
– Конечно. Я обещаю. – сипло проговорил он.
В младшей дочери Каспиана было нечто такое, что заставляло его мгновенно терять самообладание. И сейчас, при свете дня, стало ясно, что гипнотическое воздействие тут не причем.
– Благодарю. – девушка убрала руку и отступила назад. – И пусть Лилит хранит вас.
В этот момент из подъезда появился Тотский. Он шел, обреченно опустив взгляд. Излишне бледный, в длинном черном плаще, с большими сумками в обеих руках. Сейчас Стас совсем не создавал впечатления блистательного мажора.
Увидев его, Амели замерла. Казалось, она не могла решиться, как ей поступить.
Тотский тоже заметил ее и остановился на краю тротуара. Их взгляды встретились.
Секунду девушка колебалась. Затем вдруг неожиданно сорвалась с места и, подбежав к возлюбленному, прильнула к его груди. Стас опустил сумки и обнял ее за плечи, запустив пальцы в мягкие платиновые волосы. Амели приподнялась на мыски, нежно коснулась его щеки, а в следующий миг их губы слились в поцелуе.
Однако любовная сцена длилась недолго, Амели отстранилась так же внезапно, как накануне ночью. Тотский попытался ее удержать, видимо хотел что-то сказать, но девушка все же высвободилась из его объятий, отпрянула, и почти мгновенно исчезла из вида.
На этот раз серебристый «VOLVO» неукоснительно соблюдал правила дорожного движения, так как за рулем был Донцов. Стас отдал ему ключи со словами: «теперь это твоя машина». А затем сел на пассажирское сиденье и вновь достал золотой портсигар.
Краем глаз Сергей мог видеть тонкий профиль вампира. Тотский курил, слегка опустив длинные ресницы, и казался совсем отстраненным. Что он чувствовал и о чем думал сейчас оставалось только гадать.
Чтобы хоть как-то разбавить гнетущую тишину, Донцов решил включить авто магнитолу, и поставил первый попавшийся на глаза диск. Заиграла музыка, и раздались слова знакомой песни: