Он на миг опустил длинные ресницы, а затем вновь заглянул ей в глаза, словно проникая в самую душу. Юдифь замерла, ощущая, как все сильнее учащается пульс, ладони вдруг стали влажными, дыхание перехватило. Она знала, что демон лжет, ведь никто из них добровольно не выдает свои семьи. А это означало, что ей, как обычно, придется применить пытку. Она не могла понять почему, но при этой мысли ее сердце сжалось. Юдифь не хотела видеть, как это прекрасное лицо исказит боль. Впервые ей отчаянно не хотелось заставлять Тварь страдать. Она просто не могла его ненавидеть.
И в этот момент внутри что-то сломалось: одна половина ее души начала съеживаться и медленно отходить на второй план. Теперь она снова чувствовала себя Татьяной, обычной женщиной, готовой заботится и любить, но долг перед Братством, все равно, оставался важнее личных желаний.
– Послушай, – дрогнувшим голосом обратилась она к пленнику, – Ты должен сказать мне правду, в противном случае я буду вынуждена прибегнуть к пытке. Ты понимаешь?
Юноша вновь пошатнулся, но благодаря цепям сумел сохранить равновесие.
– Я сказал правду. – печально ответил он, не отводя взгляда. – В этом мире у меня больше никого не осталось.
Татьяна почувствовала как предательски защипало в глазах. Душу одновременно захлестнули сострадание, нежность и непреодолимое влечение. Непривычные и совершенно неуместные чувства. Умом она понимала, что их прекрасный пленник далек от ее идеала мужчины, но тело почему-то буквально дрожало, сгорая от желания. Ничего подобного с ней не случалось никогда прежде.
– Таня, какое милое, доброе имя… – неожиданно, нежно прошептал юноша, затем обвел взглядом всю ее фигуру и, остановившись на запястьях, сдвинул идеальные брови. – Кто посмел сделать такое? Ты сильная, смелая женщина, настоящая амазонка. Никто не имеет права унижать тебя и причинять боль. Ты не должна никому подчиняться. Дай волю своим чувствам, делай лишь то, что хочешь сама.
На губах пленника появилась мягкая улыбка, его взгляд завораживал, а голос звучал так пленительно, что это невозможно было выносить. Поддавшись желанию, Татьяна шагнула к нему и, протянув руку, провела пальцами по гладкой щеке.
– Освободи меня, Тяня, пожалуйста, – все также нежно попросил юноша, – Ты же сама этого хочешь. Я исполню любое твое желание…
Он шагнул к ней навстречу, цепи громко звякнули, ударившись одна об другую, Татьяна вздрогнула и словно очнулась от сна.
Поспешно отпрянув от демона, она отвернулась и провела ладонью по лицу, словно снимая морок. Сейчас ее сердце билось так часто, что готово было вырваться из груди, в охваченной смятением душе происходила борьба.
– Ты лжешь мне, Тварь. – наконец, с болью в голосе заявила она. – Раз не желаешь добровольно признаться, придется испытать боль.
Шагнув к столу, Татьяна окинула взглядом знакомые инструменты, но так и не решилась взять в руки плеть. Она вдруг поняла, что не сможет планомерно пытать того, кого отчего-то так хотелось любить и защищать. Но отступать было нельзя, на ней лежала ответственность, результата нужно добиться любой ценой. Стиснув зубы, Татьяна включила газовую горелку, затем неуверенно взяла серебряный крест и поднесла к огню. Сердце все еще бешено колотилось, замирая при одной мысли, о том, что ей придется сейчас сделать. Она знала, еще минута и раскаленный металл коснется нежной кожи юноши, заставив его закричать. Рука предательски дрогнула, в горле встал ком, к глазам подступили слезы. Лишь с огромным усилием разуму удавалось обуздать чувства.
Судорожно сжимая деревянную рукоять креста, Татьяна повернулась к пленнику. Но не успела сделать и шага, как он вновь пристально взглянул ей в глаза.
– Таня, не нужно этого делать. Ты ведь сама не хочешь причинять мне боль. – лазурно-голубые глаза демона приковывали взгляд. Его голос звучал совсем мягко, почти ласково. Он буквально завораживал, заставляя забыть обо всех тревогах и погрузиться в мечты.
Окончательно поддавшись этому волшебному чувству, Татьяна опустила крест обратно на стол и погасила горелку. У нее возникло непреодолимое желание освободить ноги юноши от тяжелых стальных кандалов, растянуть наручники и немедленно вывести его из подземной тюрьмы. Но как только она отвела взгляд от лазурно-голубых глаз и потянулась за ключами, ее сознание вновь прояснилось.
«Это гипноз! Потомственный демон сильнее своих собратьев! – пронеслась в голове жуткая догадка, –Здесь: под землей, вдали от солнечного света, к нему частично вернулся дар влиять не человеческое сознание. Теперь ясно, что со мной происходит! Но боятся нечего, нужно просто включить ультрафиолетовую лампу, специально установленную Учителем, и наваждение исчезнет само собой».