– Добрый вечер, мадам. – галантно произнес Стас, склонившись, чтобы поцеловать ей руку.
Но Стела не подала ему руки.
– Мы пришли поговорить с графом Каспианом. – гордо выпрямившись, продолжил он, словно не замечая ее презрительности. – У нас есть новые сведения относительно похищения.
В ответ Стела слегка сузила по-кошачьи зеленые глаза и зло улыбнулась.
– Интересно, как же мне это понимать, господин Тотский? Вы посмели явиться в Убежище в обществе смертного. И только не говорите мне, что вам неизвестно: приводить сюда людей строжайше запрещено. – она демонстративно растягивала каждое слово, явно наслаждаясь моментом.
Стас приподнял бровь, изобразив недоумение, и тоже улыбнулся, но скорее надменно, нежели зло.
– Вот как? – он испытующе взглянул в глаза собеседнице, – Но вы же сами меня впустили. Неужели страж не доложил вам, что я пришел с сотрудником ОБНВ?
– Это неважно. – лениво возразила Стела. – Главное, вы нарушали наши правила.
Ее голос вдруг принял угрожающий тон, а в глазах отразилась такая злоба, что Сергей невольно оторопел.
– Не говоря уже о том, что вы предали свою расу, продались смертным, и по вашей вине погибла любимая дочь моего супруга – Делия. – Стела властно подняла подбородок. – Каспиана сейчас нет, но уверена, что до его прихода, вы с комфортом проведете время в камере. А когда глава клана вернется, вас будет ждать справедливый суд.
– Вы, должно быть, шутите, мадам? – Стас снова изобразил надменную улыбку, но на этот раз в его глазах промелькнула тревога. – Вы не имеете ни малейшего права меня задерживать, я даже не принадлежу к вашему клану и нахожусь здесь по заданию ОБНВ. Так что, если вы не хотите помочь нам спасти наследника вашего мужа, мы с удовольствием уйдем.
Он отдал ей легкий поклон и уже собрался повернуться к выходу, как Стела вдруг приказала:
– Взять его!
Двое крепких стражей немедленно схватили Тотского за руки. Он попытался высвободиться, но это не принесло результатов.
– Вы потеряли рассудок, мадам?! – побледнев от негодования, воскликнул Стас. – Немедленно прикажите своим псам меня отпустить! Вы хоть представляете, какие будут последствия?!
Графиня неожиданно улыбнулась.
– Вы назвали меня безумной, и тем самым оскорбили королеву клана. – с нескрываемым злорадством пропела она. Затем шагнула вперед и почти ласково провела кончиками пальцев по его щеке: – За это, мой милый племянник, вас ждет наказание – двадцать ударов плетью.
– Что?!! – Тотский буквально задохнулся от возмущения, вмиг растеряв аристократическую надменность. – Вы не смеете! Я сотрудник ОБНВ!
– Тридцать. – вновь улыбнувшись, распорядилась вампирша: – И отведите с ним смертного, пусть посмотрит, как мы караем предателей.
Двое стражей тотчас поволокли неистово бьющегося в их руках Стаса назад в коридор, а третий, взяв Сергея за плечо, повел его вслед за ними. При этом ни один из присутствующих в зале вампиров не проронил ни слова, хотя многие выглядели потрясенными, а некоторые даже испуганными.
Казалось, Тотский прилагает все силы, чтобы освободиться, но вырваться из стальных рук конвоиров, видимо, было невозможно.
– Вы ответите за это!!! – отчаянно крикнул он, стараясь обернуться. – Завтра вас всех арестуют!
Сзади донесся надменный голос Стелы:
– Сорок. И заставьте его замолчать.
Услышав эти слова, Тотский сразу перестал вырываться и, опустив голову, молча пошел сам.
Вскоре они свернули в более темный и сырой коридор, где отчего-то периодически возникали порывы ветра и раздавался глухой гул. Сергей шел, так быстро, как только мог, время от времени подгоняемый безжалостным конвоиром. Сейчас он больше всего жалел, что в кармане нет пистолета, заряженного серебряными пулями, ведь чего еще можно ожидать от подземных кровососов оставалось только гадать.
Наконец, они остановились перед одной из железных дверей, расположенных по обе стороны коридора. Провожавший Сергея страж отодвинул тяжелый засов, и конвоиры ввели пленников в камеру, более всего похожую на пыточную. Донцова сразу усадили на деревянный табурет, одиноко стоящий в углу мрачного помещения, а приговоренного к порке вампира поволокли к противоположенной стене, в которую были вмурованы широко расставленные стальные кандалы.