— Ну, как наши дела? — раздался бодрый голос со стороны двери. Впрочем, этой бодрости тут же поубавилось, когда вошедший узрел непутевых братцев, впровалку лежащих на сене у стены:- Да черт бы их побрал! Опять?!
— Эх!.. — горестно всплеснул могучими руками Творимир, избегая смотреть в глаза командиру.
— Это кошмар какой-то… — заскрипел зубами Ивар, становясь над МакТавишами и качая головой. — Ты же совсем недавно приходил, говорил, что они вроде как очухались?
Русич только плечом дернул. "Ясно, — подумал лорд, — пока он мне докладывался, они и отвели душу… Только каким образом?"
— Двери-окна запирал? — спросил он. Творимир кивнул.
— Остальных предупредил, чтоб не отворяли?
Снова кивок.
— Перед уходом конюшню проверил на предмет заначек?
— Эх! — рыкнул бывший воевода, зыркнув на командира свирепым взглядом. Тот развел руками:
— Я в тебе не сомневаюсь, друже, но тогда обьясни мне — как они в таком случае умудрились снова надраться?.. И откуда, — Ивар поднял с пола пустую бутылку, — тут взялось вот это?
Русич мрачно поднял голову и посмотрел ему в лицо. Говорить ничего не понадобилось, Ивар и так прекрасно понимал, что тут не обошлось без чьей-то помощи. Неуловимый, но беспримерно щедрый "наливайка" вершил свое черное дело…
— Кто же этот мерзавец? — закусил губу лорд МакЛайон. — И за каким дьяволом он им никак протрезветь не дает?! Уже, считай, две недели ни разу их трезвыми не видел — то с похмелья, то пьяные! Слова сказать не могут…
— Эх! — быстро, коротко кивнул Творимир, сжав кулаки. Ивар чертыхнулся:
— Думаешь, в этом все и дело? В том, что этой сволочи как раз и надо, чтобы они ничего сказать не могли?.. А так как, если очухаются, все одно или мне или тебе что-нибудь да брякнут, очухаться дать им никак нельзя… Результат мы и имеем сейчас перед глазами. Они что-то знают, Творимир!
— Эх…
— Мда, — согласился Ивар. — Вопрос — что?..
— Лорд Маклайон, вы здесь? — в проеме двери возник пасмурный Эйнар. — Ага, вижу, здесь. Вас-то мне и надо.
— Что случилось? — обернулся Ивар, недовольный тем, что его оторвали от размышлений. Колючие голубые глаза сына конунга смотрели на лорда с явным неодобрением.
— Пока не случилось, — ответил норманн, скользнув взглядом по храпящим МакТавишам, — но точно случится, если вы не приструните своих людей!
— Каких людей?
— А вот этих самых! — гневно припечатал Эйнар, указав пальцем на близнецов. — Мало того, что сами с утра до вечера за жабры брагу плещут, так уже и моих парней к этому делу приохотили!.. Ты как хочешь, лорд, только мне этого в дружине без надобности!
— Погоди… — растерялся Ивар. — Хочешь сказать, что Мэт с Марти пили с твоими бойцами?
— Слава Одину, не со всеми, — нахмурил светлые брови Эйнар. — Двое из моих караульщиков, дневная смена… Орм и Жила. Мало того, что пост бросили, так еще и нажрались, что свиньи! Полдня их искал, час назад только нашел — оба лыка не вязали.
— Где нашел?..
— Да какая разница? — отмахнулся норманн. — На задворках, за поленницей… Окунул их пару раз с бадью с водой — вроде отошли слегка. И говорят, что вот с этими двумя нализались, мол, бочонок виски те проставили! Четыре пинты, лорд МакЛайон!.. Да еще и во время дежурства! Это, по-вашему, ничего?
— Это, по-моему, дерьмо полнейшее… — не сдержавшись, прошипел Ивар. — Значит, мало того, что им кто-то спиртное просто бочонками поставляет, так они еще и с норманнами пить начали!
— Я не понял… — набычился Эйнар, но Ивар быстро его перебил:
— Не злись, обидеть не хотел. Ни тебя, ни твой народ… Просто дело в том, что МакТавиши вас всех на дух не переносят, и пить с вами нипочем не сядут! А если дело уже и до этого дошло…
— Весь ум пропили! — по-своему решил сын конунга. — И пока мои бойцы вот в такое же… не превратились — повторяю, приструни своих людей, лорд! Иначе я им сам накостыляю!..
— Боюсь, силовые меры сейчас на них никак не повлияют, — скептически проронил Ивар. — Эйнар, ты не представляешь, насколько мне самому это не нравится! Но они не по своей воле так набираются.
— Да неужто? — хмыкнул тот. — Силком им заливают, что ли?!
— Силком, не силком, да только спаивает их какая-то зараза, — пояснил бывший королевский советник. — И мы эту заразу никак вычислить не можем. Твои ребята не знают, откуда у близнецов взялся тот злосчастный бочонок?