— Хорошо, — пожал плечами Эйнар, берясь за ручку двери. И, уже выходя в коридор, буркнул себе под нос:- Хотя я лично ничего хорошего тут и вовсе не вижу… У ней тайны да секреты, а я бегай один за всех.
Сын конунга сунул свиток в рукав и отправился на задний двор, к пристройкам, где спали норманны. Немой Сван, по кличке Болтун (на большее у Жилы фантазии не хватило) как раз сейчас должен бы смениться с караула и пойти на боковую. Тут-то мы его и подловим, чтоб не разбудить никого. Он парень исполнительный, не робкого десятка, а вопросов по определению никогда не задает! "Надо лошадь его вывести пока, — подумал Эйнар, сворачивая к конюшне. — Не пешком же ему туда тащиться, и так больше двух суток уйдет туда-обратно! И какая муха укусила эту девчонку? Вот у моей дружины дел других нету, только как по ее поручениям, языки свесив, носиться вдоль и поперек через всю Шотландию!"
Глава 20
Лорд МакЛайон, свежий и выспавшийся так, как давно уже не высыпался, мерил шагами земляной пол сарая. Творимир, у которого от этого мельтешения уже рябило в глазах, повернулся к сидящим на куче хвороста для растопки братьям МакТавишам. Смерил их опухшие физиономии суровым взглядом, выудил из-за пазухи заветную бутылочку с тонизирующей настойкой, понюхал (она самая, ничего вроде не подмешано) и, разлив черную жидкость по двум чашам, недрогнущей рукой протянул их близнецам. Те принюхались и одновременно сморщили носы:
— Я эту дрянь пить не буду!.. — заныл Мэтью.
— Это ж гадость, ты сам-то пробовал?! — едва ли не плюясь, возмутился Мартин.
— Эх! — с горловым рыком отозвался русич, сводя кустистые брови на переносице. Братцы спали с лица и, не говоря больше ни слова, обреченно осушили чаши. Их дружно передернуло.
— Следи, чтоб не плевались! — велел Ивар. — А то знаю я их…
— Хоть водички запить дайте, изверги!.. — тоненьким голосом слезно попросил Мартин. — Ведь вывернет сейчас, вот-те крест!
— Эх?.. — вопросительно посмотрел на командира Творимир.
— Дай им воды, — милостиво кивнул тот. — Хуже не будет. Не виски, небось… Я Уилла на кухню отрядил, сейчас все вместе перекусим — и побеседуем. С вами, охламонами, и позавтракать некогда! — сердито добавил он, глядя на пришибленных МакТавишей. — Пьянчуги!
— Ивар, дак мы это…
— Не виноватые мы…
— Уж конечно! — фыркнул лорд. — Это я тут которую неделю с утра до вечера за воротник заливаю?! А-а, черт с ним, с завтраком, я и так слишком долго ждал… А ну, мерзавцы краснорожие, признавайтесь — с кем пили, где брагу брали?!
— Эх, — веско добавил бывший воевода, недвусмысленно поигрывая тяжелой плетью. Братцы из "краснорожих" стали белыми, как молоко — с означенной плеткой они были знакомы не понаслышке, а рука у Творимира была тяжелая.
— Ивар, не виноватые мы! — заголосил Мартин, прячась за спину брата. — Мы не хотели!..
— Да неужели?! — свирепо просвистел тот, зависая над перепуганными товарищами.
— Не брешет он, Ивар, — в тон Мартину провыл Мэтью, вжимая голову в плечи. — Не виноватые мы тут! Как есть, жертвы этих… как бишь их…
— Обстоятельств! — поддакнул Марти, со страху даже не переврав по старой деревенской привычке такое мудреное слово.
— Творимир, а ну дай сюда плеть! — взбеленился лорд. — Я им обом собственноручно сейчас таких "обстоятельств" всыплю!..
— Не надо-о-о!! — хором возопили парни, шарахаясь к стене и делая судорожные попытки зарыться в хворост. — Не врем мы, как есть не врем, ни капельки!..
— С кем пили, подлецы?!
— Ни с кем! Ей-богу, Ивар, вдвоем только!.. Ну, окромя утра вчерашнего…
— А спиртное где брали?!
— Нигде!.. Оно само как-то… Все время… И в деревне, и тута — глядь, стоит бочонок ничейный! Ну не бросать же?!
— А вчера перед ужином?.. Что-то я на конюшне никаких волшебных бочонков не приметил!
— А вчера энто бутылка была, — с трудом припомнил Мэт. — Как проспались, Творимир нам всыпал и ушел. А мы что, мы тихо сидели… А дверь приоткрылась, да к нам бутылка под самые ноги, полная! А нас же ж с похмелюги аж корежит… Мы и обрадовались, решили, кто-то из своих пожалел-посочувствовал!.. Ну и подлечились маленечко…
— Видал я это "маленечко", — сквозь зубы прошипел бывший королевский советник. — Лыка не вязали, глазки до бровей закатили!.. — он помолчал и добавил:- Ладно, в историю с бутылкой я еще могу поверить… Но вот в эти рассказы о чудесном явлении полных бочонков браги?! Вы меня за идиота держите, или совсем последние мозги пропили?..
— Эх… — русич неуверенно потеребил конец бороды и, оглянувшись на Ивара, покачал головой. Он знал своих воспитанников как облупленных, и, хоть они сейчас несли откровенную ерунду, он видел, что они не врут. И про то, что пили только вдвоем, и про то, что злосчастные бочонки им, по всей видимости, и вправду кто-то подсовывал. Кто-то, кто очень хорошо знал МакТавишей и не сомневался, что если хмельное попадет им в руки, они не успокоятся, пока не оприходуют его до последней капли.