— А он?
— А что он?.. — вздохнул Томас. — Развернулся, да как шарахнет меня по башке — аж звезды из глаз посыпались! А с виду вроде и не особо упитанный, гад…
— Так что ж ты его упустил-то тогда? — раздраженно спросил командир. Томас нахохлился:
— А много там со спущенными штанами навоюешь?! И то свезло, я в сторону дернуться успел, дубина вскользь прошла… Да был бы крупнее, неповоротливее — глядишь, поймал бы! Так он же шустрый, что твоя лиса — вывернулся, и бежать! — Том вздохнул. — Главное, собака такая, мой же собственный плащ мне же на голову и натянул!.. Пока выпростался — его и след простыл!
— Убийца?.. — Ивар вопросительно посмотрел на Творимира.
— Эх… — неопределенно, но с сомнением протянул тот. МакЛайон кивнул:
— Ну да, наемные убийцы с дубинами не ходят… Том, ты уверен?..
— Да в чем я могу быть уверен?! — огрызнулся рыжий, едва ли не со слезами разглядывая ошметки недавно зашитого плаща. — Темнотища такая! Я видел, что у него там в руках было?.. Может, и дубина, а может — сук тяжелый подобрал… Спасибо господу нашему, что не камень! А то не стоял бы я сейчас тут такой здоровый…
— В какую сторону ушел?
— Туда, откуда мы пришли, — Томас встряхнулся и поморщился — после недавней схватки подозрительно нехорошо ныли ребра. — Если хочешь — можем вернуться по следу, да только, боюсь, он уже далеко. А если он еще и верхом, то точно не догоним! Разве что Творимир…
— Не вижу смысла, — коротко мотнул головой командир. — Ты весь лагерь на ноги поднял, если этот человек в своем уме — а раз он предпочел сбежать, то это, видимо, так и есть, — мы его уже не найдем. Да и времени у нас нет — наемников по лесам выслеживать. Эван, обойди караулы, пусть будут начеку, хотя я и сомневаюсь, что он вернется. По крайней мере, сегодня ночью… Том, ты как сам?..
— Порядок, — мужественно ответил волынщик, осторожно ощупывая ноющие ребра. — Вроде цел, синяки не в счет.
— Тогда пойдешь со мной к старому мосту.
— Я думал, Творимир…
— Творимиру и так будет чем заняться. Шон, плесни виски этому любителю уединения, раз уж он у нас опять пострадавший!.. — Ивар отошел в сторонку и поманил к себе молчаливого воина:- Друже, сходи к этому колодцу, будь он неладен. Может, найдешь что. Не нравится мне все это!.. Только-только в Хайлэндс въехали — и вот вам, пожалуйста!..
Тот кивнул и сделал шаг в сторону перелеска.
— Да, кстати! — вспомнил Ивар. — И навести по пути МакТавишей! Они на просеке стоят, может, что-то видели. Само собой, колодец гораздо дальше, да и с поста они уйти не могли, но чем черт не шутит… Дать кого-нибудь в помощь?..
Творимир добродушно хмыкнул и покачал головой.
— Ну, тогда иди. Придешь — у ручья посиди, с норманнами. Я сменюсь — все обсудим… — он махнул товарищу на прощание и повернулся к костру:- Том! Ты, кажется, не при смерти, что так к фляге присосался! Пошли. Мы и так задержались. Парни там околеют. Черт бы побрал эти ранние заморозки…
Обветшалый старый мост, неизвестно кем и когда построенный, тонул в темноте. Стылый камень, уже успевший насквозь промерзнуть, не располагал к посиделкам, однако неунывающий Том, уже, кажется, забывший о своих недавних злоключениях, примостился на крошащихся каменных перилах, болтая ногами. Ивар покачал головой — одно слово, творческая личность!.. Его меньше часа назад чуть не пришибли, а поди ж ты — у него уже снова всё в порядке… Оно, может, и к лучшему! Взять тех же МакТавишей — попади они в такую переделку, так всем охами да ахами уже бы уши намозолили. Лорд МакЛайон усмехнулся, услышав, как волынщик затянул себе под какую-то очередную заунывную балладу:
— Том, ну ты же на дежурстве!..
— А?.. — отвлекся тот. — Да я ж тихонько…
— А до утра не потерпеть?
— Никак, — серьезно ответил волынщик. — Меня муза посетила!..
— Это после меткого удара по темечку? — хмыкнул Ивар. — Надо учесть на будущее!
— Не смешно, — надулся рыжий. — А еще образованный человек! Я понимаю — МакТавиши, но уж ты-то… Слушай, у тебя бумаги нет?
— Опять?! — изумился друг. — Знаешь, не стоило тебе грибы на ужин есть, ей-богу!..
— Ивар! — вознегодовала "творческая личность". — Да мне слова записать!.. Ведь к утру все из головы вылетит…
— Новое залетит, — отмахнулся командир. Муза посещала волынщика иногда аж по десять раз на дню, так что ж теперь — письменный прибор в каждый караул за собой таскать и предъявлять по первому требованию?! Делать ему больше нечего!..