— Что мы можем сделать?
— У вас получится прицепить первое орудие к двум локомотивам? Мои сейчас идут по рельсам. У нас есть стяжки и другие запчасти, чтобы устранять самые тяжёлые повреждения. И мы можем на ходу подсыпáть просадки от мерзлоты в насыпи. Тогда получится затащить платформу на хребет.
Пердью кивнул и повернулся к экипажу ведущего "Микадо".
— Джонс, Аллен, состыкуйте оба паровоза с "Кудряшкой" и приготовьтесь к буксировке. Наверху есть разветвление, оставляете орудие там, спускаетесь за "Мо" и тоже тащите.
— Сэр? — в голосе Джонса звучало любопытство и настороженность.
— Наверху на придётся развернуть поезда. Майор Болдин говорит, что это можно сделать это, используя разъезд на хребта. Поставим орудие впереди, а локомотивы за ним. На спуске они будут действовать как тормоз и придерживать платформу, чтобы не полетела по рельсам.
— Со всем уважением, сэр, никак нет, — Джонс был почтителен, но настойчив. Пердью от неожиданности вытаращился на него. На другом борту платформы, у Болдина, брови поднялись до самых волос. Это было что-то новенькое. Он никогда раньше не видел, чтобы американский офицер расстреливал своих людей. Ну, всё когда-нибудь случается в первый раз.
— У дороги на той стороне хребта крутизна такая же, как здесь, если не больше. Из-за массы орудия скорость будет нарастать очень быстро. Если поставить паровозы позади, они удержат его от чрезмерного разгона.
— При всем уважении, сэр, не получится, — Джонс закусил губу. До призыва на флот он водил тяжёлые товарняки по всей территории Соединенных Штатов. Двадцатилетний опыт подсказывал ему, что всё не так, как думает командир. Но как это объяснить?
— Послушайте, сэр, не сочтите за неуважение, но подумайте вот о чём. Если мы поставим орудие спереди и тягачи сзади, как вы предлагаете, масса платформы будет действовать в одну сторону, а сила локомотивов – в другую. Орудие потянет вниз, паровозы наверх. Получится двойная нагрузка, одновременно на растяжение и на сжатие. В лучшем случае, сцепной узел просто покорёжит, в худшем – вырвет начисто. Можно получить такие повреждения сцепок, что вообще не вытащим орудия.
Джеймс был вынужден признать, что смысл в словах машиниста есть. Его размышления были прерваны звуком приближающегося маневрового тепловоза. Он собирался выполнить следующий рейс, с командным вагоном батальона и центром управления огнём. На длинном срезе, ведущем вверх по склону, виднелись русские путейцы. Они внимательно осматривали рельсы, чтобы убедиться в их надёжном креплении.
— Хорошо, Джонс. Делайте так, как считаете нужным. И да поможет тебе господь, если ошибёшься, — отчётливо повисло невысказанное дополнение.
— Так точно, сэр. Мы перевезём "Кудряшку" сразу, поднимем и спустим на другую сторону. Оставим орудие там и вернёмся за "Мо". Сэкономим немного времени. Товарищ майор, сэр, у ваших людей есть песок? Его нужно будет сыпать на рельсы, если мы начнем скользить.
Болдин вздрогнул, немного потрясённый тем, что пожилой железнодорожник до сих пор жив и разговаривает. В русской армии, так заговорив с офицером, легко можно было схлопотать пулю. А то и чего похуже.
— Да, есть. Люди пойдут рядом с вами, наготове.
— Значит, начинаем. Господин Пердью, мы поведём "Кудряшку", как только тепловозы пройдут перевал.
— Быть посему. И, Джонс, я поеду с вами в кабине. Хочу сам видеть, как всё пройдет. Лейтенант Тэвернор, орудия и другие машины подготовлены?
— Так точно, сэр. Можно взорвать в любой момент, если понадобится.
— Хорошо. Если заявятся колбасники, не задумывайтесь. Уничтожайте всё, что там останется.
В голову Джеймса пришла интересная мысль, и он её сразу озвучил.
— Джонс, а почему бы нам не поставить позади орудий дизели? Они не будут тянуть или толкать, а поработают своего рода аварийным тормозом, чтобы орудия не создавали слишком много нагрузки на сцепке.
— Должно сработать, сэр. Подождать, пока они не вернуться?
— Да. А пока что проверим, всё ли сделано на этой стороне.
Солнце уже клонилось к закату, когда первый поезд пополз вверх. Джонс начал движение медленно и постепенно. Рядом с обоими локомотивами шли русские инженеры. Время от времени они бросали под колёса пригоршни песка. Машинист заметил, что Пердью с любопытством наблюдает за ним.
— Улучшает тягу, сэр. А то у нас тут мокрая сталь на мокрой стали. Поэтому делаем всё плавно и медленно. Если "Микадо" или орудийная платформа заскользят, хана нам всем. Никаких резких движений. Думаю, сэр, наши танкисты первыми научились этому.