— Покидаем корабль. Прикажи экипажу подготовить спасательные плоты. Нельзя промокать, иначе все замёрзнут. Пусть используют всё что смогут найти, надо уходить.
Локкен вновь посмотрел на море, вслед уходящим на север уцелевшим "тридцать восьмым". И на тёмно-синюю тучу над ними.
— Адмирал, сэр. Доклад от пятой группы. Шестая начинает атаку.
— Сколько до заката?
Помощник моргнул.
— Три часа, сэр. Сумерки лягут примерно за половину этого времени. Так вот, пятая группа… сэр?
— Да-да.
— Они атаковали левую колонну линкоров, сэр. Сообщают о потере пяти самолётов. Заявлено семь торпедных попаданий, четыре в один корабль, три в следующий за ним. "Маулеры" добились большего, адмирал. Утверждают, что в один линкор уложили более шести попаданий, четыре во второй и три в третий. Ведущий ударной группы передаёт, что немецкий ордер расстроен и рассеян; не менее четырёх кораблей получили тяжёлые повреждения и обездвижены, причём два из них тонут. На ходу остались два линкора и крейсер. Они откололись от основного строя и всё ещё идут в нашу сторону, с эскортом из пяти эсминцев. Как раз сейчас их атакует шестая группа, сэр.
— Шестая группа… — Дикий Билл Хэлси стремительно посчитал, что к чему. Четыре эскадрильи "Корсаров" для подавления зениток, две – "Скайрейдеров" с парой торпед каждый, и две "Маулеров" с тремя реактивными бронебойными бомбами по 800 кг. Весомая оплеуха от второго отряда их соединения. Сейчас она обрушится на последние боеспособные немецкие корабли.
Двигатель "Жёлтой розы" старался как мог, чтобы она не отставала от остального строя. R-3350 вёл себя превосходно, сверх всяких технических пределов. Просто этот "Скайрейдер" тащил три торпеды вместо стандартных двух. Лейтенант Джордж Буш обещал записать на свой счёт линкор и собирался выполнить обещание. Начал он с того, что подкупил командира палубной команды и уговорил его подвесить третью. Особых сложностей не возникло – командир сам был из Техаса. Землячество, несколько воззваний к чести и тонкого намёка, что семья Бушей своих не забывает, хватило. Правда, всю дорогу до немецкого флота ему пришлось крутить мотор в режиме перегрузки.
Линкоры громоздились впереди. Пелена порохового дыма от зениток окутала надстройки. В море упали шесть "Корсаров", но их ракеты и напалм проредили расчёты. Алые бусины трассеров всё ещё мелькали вокруг, но теперь они летели почти неприцельно. Буш отодвинул сектор газа от предельного положения и почувствовал, как "Жёлтая роза" теряет скорость. Другие "Скайредеры" сразу вырвались вперёд. Это снижало вероятность напороться на снаряд зенитки, но означало, что их торпеды после сброса могут просто разбиться и затонуть. По крайней мере одна прямо на его глазах подскочила на волне и исчезла, но он вперился взглядом в середину идущего первым немецкого линкора, прямо между его двумя трубами.
С каждой секундой Буш отставал всё больше и внезапно понял, что чувствует себя одиноким. Он летел прямо на серую громадину, в то время как другие лётчики его эскадрильи уже отстрелялись и направились домой. Вдоль борта цели вздыбились столбы воды. Сначала три разрозненно, а потом два очень близко один от другого. Первые попадания пришлись красиво – по одному под передними башнями и третье под кормовую надстройку. Совершенно случайно, разумеется, на самом деле довольно трудно поразить корабль. Разброс торпед слишком велик, чтобы ожидать многого. Вторая пара ударила в район кормовой трубы. А вот это наверняка больно.
Вокруг кабины неожиданно замелькали огоньки. То ли расчёт счетверённой 20-мм пушки избежал уничтожения, то ли нашлась замена. Но отвлекаться было некогда. Он ещё сбавил скорость, прижался к воде и присел в кресле. Ещё ближе, совсем чуть-чуть… И врезал кулаком по кнопке пуска, сбросив среднюю торпеду, за которой следом пошли подкрыльевые. Они понеслись к цели плотной группой, в которой одна из трёх торпед была ведомой. А вот теперь, если он отвернёт вправо, будет просто обидно.