Гвардеец подошел, закинул на плечо ТК-60 и представился:
— Полковник Хлебников, 2-я гвардейская бригада, принял командование частями сводной ударной группировки после гибели комбрига. Мне приказано встретить химиков и капитана Видова.
— Это я. Химики со мной. Вы уже вошли в пещеры?
— Первый ярус зачистили. Ведем бои за второй. Там мои гвардейцы и горная пехота.
— С кем ведется бой? С людьми или…
— С насекомыми. Пока мы их потеснили и вот-вот прорвемся на третий ярус. Цель, насколько я понимаю, на четвертом?
— На пятом.
— Вот блин! — он пнул ботинком покрытый льдом камень. — А мне не сообщили. Ну, ничего, прорвемся. Сил хватит.
— Погоди прорываться, полковник. Дальше третьего яруса пока соваться не стоит.
— Это хорошо. Что от нас требуется?
— На первом уровне должна находиться вентиляционная шахта. Нашли ее?
— Да.
— Проводите к ней химиков и обеспечьте надежное прикрытие.
— Сделаем.
— Средства защиты солдат имеются?
— Да. Выдали всем.
— Тогда начинаем. Как начнем насекомых травить, остановка и удержание позиций. Продвижение вперед по команде. При условии, что насекомые стали подыхать. А если солдаты столкнутся с прямоходящим насекомым, которое начнет подчинять их своей воле, пусть сразу отходят.
— А успеют они отойти? — гвардеец поморщился.
— Тут уж кому и как повезет. Мы, конечно, подождем, сколько можно. Но недолго. Если все будет плохо, придется подрывать выход.
— Понял.
Полковник направился к майору Ожегову, и они стали отдавать приказы солдатам, а я направился в пещеры.
Вход в подземелья и подходы к нему ромеи укрепили основательно. Дорога простреливалась из дотов и кругом минные поля. Однако остановить словенцев и одриссов охранники не смогли. Сначала позиции противника накрыла тяжелая артиллерия и минометы. Чудом снаряды не завалили вход. А потом подошла бронетехника и штурмовые отряды гвардии, за которыми следовали горные стрелки. Они прорвались внутрь, перебили охрану и столкнулись с солдатами чолкаинов.
Переступая через убитых ромеев, я проник в большую пещеру. Прошел немного дальше, обнаружил пару мертвых чолкаинов и позвал Корнея:
— Сержант!
— Я! — разведчик подошел.
Кивнув на трупы чолкаинов, приказал:
— Отнесите их в машину. На образцы.
— Слушаюсь! Еще приказания будут?
— Найди минеров и установи над входом в пещеру несколько фугасов. С таким расчетом, чтобы при отступлении мы могли их взорвать и уйти, а здесь произошел обвал.
— Сей момент, господин капитан
Тела разумных насекомых утащили на поверхность, и минеры приступили к работе, а я выбрал себе позицию, небольшой скальный уступ рядом с вентиляционной шахтой, которая уходила вниз, и достал защитный комплект. ОЗК положил слева. Противогаз справа.
Тем временем появились химики. Они сноровисто развернули длинный шланг, который воткнули в вентиляцию, и приготовились подать отравляющие вещества. Но перед этим следовало предупредить воинов штурмовых групп, и я вызвал полковника. Пока его искали, попытался связаться с Велимиром. Безрезультатно. Он не отзывался.
Появился полковник Хлебников. По полевой связи он предупредил командиров штурмовых отрядов, которые уже пробились на третий уровень, о начале химической атаки, и они остановились. После чего словенцы натянули ОЗК и противогазы, а майор Ожегов начал сливать в вентиляцию отраву и поначалу все шло просто замечательно. Каждый наш воин имел комплект химической защиты и успел в него облачиться. А насыщенный смертельными для насекомых ядами газ стал проникать на каждый уровень подземного лабиринта. Первую цистерну опорожнили быстро, за десять минут, и пошла вторая. Чолкаины стали подыхать и в этот момент я почувствовал присутствие Высшего. Пока одного. Он понял, откуда ему грозит опасность, и помчался наверх.
«Вот и все, — промелькнула мысль. — Сейчас придет мощный монстр, и мы получим по сопатке, а Велемира до сих пор нет и где он совершенно непонятно. Плохи мои дела, однако».
Высшего чолкаина отрава не брала. Он приближался стремительно и двигался гораздо быстрее любого обычного человека. Пожалуй, этот монстр мог в одиночку перебить всех гвардейцев и горных стрелков, которые спустились в подземелья. Но он не посчитал нужным отвлекаться. Чолкаин локализовал мое местонахождение и определил как основного противника. Поэтому он гнал перед собой ментальную волну подчинения, которая в зародыше давила желание сопротивляться, и никто в него не стрелял. Облаченные в ОЗК и противогазы воины пропускали монстра и продолжали стоять, а я готовился к бою. Уверенности в победе не было — это понятно. Однако я не один и численное преимущество могло дать шанс на выживание.
Автомат в руках. Патрон в стволе. Скобка предохранителя опущена. Клапан кобуры расстегнут. Есть зачарованный нож с Кромки и гранаты. Пока этого достаточно.
«Где ты?! Покажись!» — послал я мысленный зов Высшему чолкаину.
«Здесь!» — из тоннеля показался мощный трехметровый «богомол» в черной хитиновой броне.
По громадной пещере прокатилась волна ментального подчинения и люди замерли. Чолкаин оказался гораздо сильнее, чем я себе представлял. Разведчики и химики, гвардейцы и минеры, майор Ожегов, полковник Хлебников и другие офицеры. Все они, словно окаменели, а вокруг меня моментально сгустился воздух и я почувствовал, что задыхаюсь.
«Ведьмак! — пришел посыл чолкаина. — Встань с нами рядом, и ты получишь все, о чем только может мечтать человек. Твое умение открывать порталы делает тебя ценным экземпляром, и я обещаю — ты обретешь новые знания и небывалую мощь. Подумай об этом. Будь с нами. Не как слуга, а как равный. Мы все знаем о тебе. Давно присматриваемся. Ты одинок и я, Усх-тан-бор-х-фер, даю слово — никто не причинит тебе вреда»…
В послании монстра была убежденность и перед мысленным взором, одна за другой, появлялись образы. Я видел гигантские города-ульи и миллионы готовых к вторжению насекомых. Я видел хранилища знаний, в которых содержалась память сотен народов. Я видел гигантского короля чолкаинов и себя рядом с ним. Я видел портал на пятом ярусе пещер и еще трех Высших, которые его охраняли, но были готовы подняться. Видений множество, они шли потоком, и все сопровождались мысленным диалогом чолкаина.
Как ни крути, он умелый манипулятор, и прекрасно знал, когда и какие мысли внушить другому существу. А я молод и в битвах разума не искушен. Теорию знал, а с практикой туго. Артефакты, которые были на мне, конечно же, блокировали противника. Но только частично. Поэтому я едва не поверил чолкаину и замешкался.
В голове сотни мыслей и все путалось. Появились желания, которые мне не свойственны, и когда «богомол» стал приближаться, я в него не выстрелил. Палец лежал на спусковом крючке. Только надави на него и длинная очередь из пуль повышенной пробиваемости ударит в чолкаина. Но… Я окаменел. Хотел выстрелить и не мог на это решиться, хватал ртом плотный воздух и размышлял над тем, что Высший, возможно, прав. Что мне до людей? Ведь можно покориться и стать частью огромного сообщества из миллиардов разумных. Главное — знания и общность интересов, а раса не важна.
Чушь! Все это чушь и морок! Монстр хотел подчинить меня своей воле, и я уже был готов смириться, когда чолкаин допустил ошибку. Он отвлекся. Всего на мгновение.
«Богомол» отвел от меня взгляд и посмотрел в сторону тоннеля, из которого пришел. Будто уловил нечто подозрительное. И его хватка ослабла.
«Ах, ты, падла!»
Я кинул в него гневный посыл. Злость придала мне сил, и я начал стрелять. Автомат задергался в руках. Десятки пуль устремились в чолкаина, и часть из них попала противнику в грудь. Расстояние плевое, между нами метров десять. Однако хитиновая броня выдержала. Хотя монстр покачнулся и обдал меня злобой:
«Глупец! Не сопротивляйся! Не смей!»
Снова накатила апатия, но я все-таки разрядил в противника магазин. Последние пули уже ушли в сторону. Но это уже не важно, так как в бой вступило мое прикрытие. Разведчики воспользовались заминкой чолкаина. Они получили свободу, и первым был старший Стахоров. У него ручной пулемет и, выпустив длинную очередь, бывалый вояка заставил Высшего отступить. Я недооценил чолкаина, а он, в свою очередь, недооценил людей. Мы оказались немного крепче и на «богомола» обрушился шквал свинца. Стахорова поддержали другие воины, и хитиновая броня чолкаина стала лопаться. Под градом пуль от «богомола» отлетали куски розового мяса, какая-то желтая слизь и мелкие капельки красной крови. Прямо разноцветная радуга.