– А у вас есть аналогичные аппараты?
– Есть, но не такие совершенные. Судя по твоим рассказам, мы намного отстали от вас. Однако мы уже запустили несколько искусственных спутников и последний даже с живым существом, с человеком. К сожалению, мы не могли его вернуть, и нам пришлось его взорвать в полете.
– Понимаю, – сказал я задумчиво. – Значит, вы тоже используете людей для подобных экспериментов.
– Приходится… Итак, твоя ракета была обнаружена.
– А наш корабль, который вращается вокруг Сороры вот уже два с лишним месяца?
– Об этом я ничего не слышала. Видимо, наши астрономы его не засекли. Однако не прерывай меня на каждом слове! Ученые выдвинули гипотезу, что твоя ракета прилетела с другой планеты нашей звездной системы и что в ней были пассажиры. Дальше этого они не пошли. Никому и в голову не приходит, что эти разумные существа могут иметь обличие людей!
– Но, Зира, надо им это сказать! – воскликнул я. – Мне надоело быть пленником даже в самой удобной из клеток, даже когда обо мне заботишься ты. Почему ты меня прячешь? Почему не открыть правду всем остальным?
Зира остановилась, оглянулась по сторонам и положила руку мне на плечо.
– Почему? Только ради тебя самого. Ты знаешь Зайуса?
– Конечно. Я даже хотел о нем поговорить. Но при чем здесь он?
– Ты заметил, как он воспринял твои первые попытки доказать, что ты разумное существо? Знаешь ли ты, что я сто раз пыталась его прощупать по этому поводу и хотя бы намекнуть, – о, совсем осторожно намекнуть! – что, несмотря на внешний вид, ты все-таки, может быть, не совсем животное?
– Я знаю только, что вы часто спорили и, кажется, не пришли к согласию.
– Он упрям, как осел, и глуп, как человек! – взорвалась Зира. – Но что делать? Таковы почти все орангутанги. Он объявил раз и навсегда, что все твои способности объясняются высокоразвитым животным инстинктом, и теперь ничто не заставит его изменить свое мнение. К несчастью, он уже написал о тебе целую диссертацию, в которой доказывает, что ты ученый человек, то есть человек, очевидно, уже побывавший в плену, выдрессированный прежним хозяином и способный бессознательно выполнять определенные трюки.
– Глупое животное!
– Согласна. Однако вся беда в том, что он представляет официальную науку и пользуется большим влиянием. В институте он занимает один из самых высоких постов, поэтому все мои предложения проходят через его руки. Я убеждена, что, если, я попытаюсь рассказать о тебе правду, как ты настаиваешь, Зайус просто обвинит меня в научной недобросовестности. Меня уволят. Это бы все пустяки, но знаешь ли ты, что может случиться с тобой?
– А что может быть ужаснее жизни в клетке?
– Неблагодарный! Ты даже не подозреваешь, на какие уловки мне пришлось пуститься, чтобы тебя не переместили в энцефалическую лабораторию! Зайус не остановился бы ни перед чем, если бы я продолжала ему доказывать, что ты являешься разумным существом.
– А что такое энцефалическая лаборатория? – спросил я встревоженно.
– Лаборатория, где мы производим некоторые тонкие операции на живом мозге: пересадки тканей, поиски и раздражение нервных центров, частичное или полное выключение мозговых долей.
– И вы проделываете подобные опыты на людях?
– Разумеется. Мозг человека, как и вся его анатомия, ближе всего подходит по строению к нашему. Нам просто повезло, что природа создала животное, на котором мы можем изучать нашу собственную физиологию. Люди служат нам и для других опытов, но об этом ты узнаешь позднее. Как раз сейчас мы приступили к чрезвычайно важным исследованиям…
– … Требующим значительных пополнений человеческого материала?
– Да, значительных. Этим и объясняются облавы в джунглях, восполняющие наши запасы. К сожалению, облавы организуют гориллы, и мы не можем лишить их любимого развлечения – ружейной охоты. А из-за этого огромное количество материала оказывается потерянным для науки.
– Действительно, факт, достойный сожаления, – процедил я, поджав губы. – Однако вернемся к моей скромной особе…
– Теперь ты понимаешь, почему я решила сохранить все в тайне?
– Неужели я обречен до конца дней своих сидеть за решеткой?
– Нет, если только мой план удастся. Но ты не должен себя выдавать, пока не наступит благоприятный момент и пока все козыри не будут у нас на руках. Вот что я предлагаю: через месяц откроется ежегодный конгресс биологов. Это большое событие. На открытии будет огромное количество народу и в том числе представители всех крупнейших газет. А у нас общественное мнение играет такую роль, что с ним вынуждены считаться не только Зайус, не только все орангутанги, вместе взятые, но даже гориллы. Вот этим ты и должен воспользоваться. Ты должен открыть свою тайну перед всем конгрессом во время заседания, ибо ты будешь на нем присутствовать: как я уже сказала, Зайус написал длиннющий доклад о тебе и твоем пресловутом инстинкте, и он сам приведет тебя в качестве экспоната. Но когда наступит его черед, лучше будет, если ты сам возьмешь слово и все объяснишь. Это будет такой сенсацией, что Зайус не сможет тебе помешать. Остальное зависит только от тебя. Ты должен говорить четко и ясно, чтобы убедить ученых, публику и журналистов, как ты сумел убедить меня.