Правитель Ут-Гена призвал на помощь тощие запасы ментального контроля, чтобы скрыть свое удивление.
– Пожалуйста, кардинал Богх, оставьте свое лицо во власти естественных чувств! Автопсихозащита – дурная шутка для умственно отсталых придворных. Ваше назначение будет официально объявлено в начале первой сессии второго дня конклава, а именно через…
Он глянул на голографические часы, лежащие на столе.
– Примерно через семь часов… Теперь нам надо расстаться с вами. Нам надо встретиться с несколькими неприятными людишками. Просим вас принять наши извинения за обыск, который учинила наша кастрированная гвардия, но она получила на этот счет строжайшие указания. Стены наших апартаментов имеют множество глаз и ушей, и мы не хотели показывать, что относимся к вам с особой благосклонностью. Не хватало, чтобы вас убили до того, как вы вступите в новую должность. Отныне, кардинал Богх, вы становитесь вторым лицом в Церкви Крейца, что означает: вы стали излюбленной мишенью, второй по степени важности. И у вас крайне мало времени, чтобы научиться приручать хищников.
Фрасисту Богху показалось, что он видит веселые огоньки в прищуренных глазах муффия.
– Идите отдохните, кардинал Богх. Мы освобождаем вас от первого заседания конклава. Наши помощники явятся в вашу келью в епископском дворце в нужное время.
Непогрешимый Пастырь наклонился вперед и протянул руку правителю Ут-Гена. На его пальце сверкал перстень муффия, огромный кориндон с Джулиуса в оправе из белого опталия.
– Почему я, ваше святейшество? – спросил Фрасист Богх, коснувшись губами перстня.
– Вы не чувствуете себя на высоте новых обязанностей, господин кардинал? Есть вопросы, которые лучше не задавать. Идите. Пусть конец второй ночи будет благожелательным для вас.
Правитель Ут-Гена поклонился и покинул кабинет. Он с облегчением ощутил присутствие своих мыслехранителей в зале ожидания. Все лица людей, встретившихся ему на обратном пути, естественно-бледные лица кастратов и искусственно-бледные лица придворных, показались ему враждебными.
Когда он пересекал седьмой почетный двор, разгорелась первая заря, заря Розового Рубина, испещрив небосвод кровавыми стрелами и облаками. Он присел на край фонтана и вслушался в ностальгическую песнь водяных струй. Он был уверен, что муффий тем или иным способом был оповещен о его тайной встрече с викариями. Оставалось понять, кто – муффий Барофиль Двадцать Четвертый или евнухи Большой Овчарни – оказался более ловким, более умелым, но ответа не нашел. Но новоиспеченный генеральный секретарь пообещал себе, что потратит все силы, чтобы разобраться в тайных механизмах Церкви.
В конце концов, разве не августейший старец втянул его в очень опасную игру?
Глава 9
Свободный Город Космоса: ходят слухи, что его основали во 2 году империи Ангов, но, вероятно, дата его основания восходит к более давним временам, когда это была обычная наблюдательная звездная станция. В той же легенде утверждается, что трое раскатта, которые ее создали, были бывшими абсуратскими рыцарями, которым удалось избежать уничтожения в битве при Гугатте. Наиболее правдивой версией является та, что эти раскатта выбрали это место для безопасной организации своих тайных делишек. В момент провозглашения империи Ангов станция стала символом свободы и невероятно расширилась в период с 4 по 16 годы, когда ее население от нескольких тысяч выросло до трехсот тысяч человек. Ею управляла группа администраторов, ее защищали магнитный щит и высокочувствительные автоматы, которые засекали и нейтрализовали любую подозрительную вибрацию. Она могла менять пространственное положение с помощью двигателей множества античных кораблей, из которых станция состояла. Ни одному историку не удалось разгадать тайну ее внезапного исчезновения (16 год). Некоторые биографы Шри Лумпа видят в этом проявление его божественного гнева.
– Сколько времени до прихода корабля? – спросил Марти де Кервалор.
– Ох уж это нетерпение молодежи! – вздохнул Робин де Фарт. – Эти суда похожи на доисторические парусники: известно, когда они отплывают, но неизвестно, когда приплывают. Вам плохо в нашем дорогом Городе Космоса?