Она не понимала.
Она вспомнила, что им говорила преподавательница по выживанию о поведении в плену.
- «Самое лучшее время для побега – от пяти до десяти дней после захвата. За это время пленник успевает прийти в себя и осмотреться. И стража успокоится, видя, что задержанный не предпринимает попыток к побегу. Раньше не стоит – стража вначале очень бдительна. Но и после десяти дней пребывания, плохо. Пленником овладевает апатия, его покидает энергия. Поэтому – не раньше пяти и не позже десяти дней необходимо осуществить побег».
Ирина размышляла об этом, глядя в небо. Но, странное дело, хотя она и понимала, что должна это сделать, но в реальности никакого желания бежать не испытывала.
И тут вдруг ее охватила тревога. Но почему же у нее сейчас нет никакого желания вырваться отсюда? Когда ее только привезли, это желание у нее точно было! Так куда оно делось сейчас? Может быть ей подмешивают в пищу какие-нибудь лекарства, что-то такое, чтобы это желание уменьшить, одурманить ее? Хотя, если бы это было, она чувствовала бы сонливость, рассеянность. Но ничего такого не было. Она была бодра и собрана. Тогда почему желание вырваться отсюда так ослабело у нее? Может, это неизвестные ей препараты, и действуют они совсем по-другому?
Она стала вспоминать, что еще говорила об этом их преподавательница.
Ей припомнился несложный тест, о котором она упоминала.
- «Конечно, в плену у вас не будет условий для проведения сложных опытов, но вот простейший тест вы сможете провести. Для него нужно будет только зеркальце. Нужно сесть, поставить зеркальце перед собой и смотреться в него. Одновременно контролируйте пульс у себя. Теперь медленно вспоминайте, все что происходило с вами в плену с момента захвата. И то, что давит, угнетает, или как-то по-другому влияет на вас, обязательно проявится. Когда вы подумаете об этом, участится пульс, расширятся зрачки, вы ощутите беспокойство. Если даже сознание и не поймет, в чем дело, то подсознание обязательно подскажет, в чем причина, когда вы подумаете об этом».
Она зашла в юрту, взяла зеркало, села и поставила его перед собой. Положила пальцы на запястье и ощутила пульс. И стала медленно вспоминать все, что произошло с ней за последнее время.
Перед ее мысленным взором прошло сражение, где она была пленена, долгая дорога, когда ее везли связанной, хан на троне, чашка воды, которую преподнес ей мудрец. Она улыбнулась, она была благодарна ему за это. Вспомнила их уроки. Мудрец и Угги…
И как только в ее воспоминаниях всплыл образ юноши, она сразу почувствовала учащение пульса, расширились зрачки, и она ощутила какое-то возбуждение.
Так вот в чем дело! Угги? Это и есть «препятствующий» фактор, о котором говорила наставница? Что же в нем такого? Это из-за него она не хочет бежать?
Она стала размышлять и сопоставлять факты. Ее специально обучали такой методике. И через некоторое время она вынуждена была признать, что это действительно так. Когда она думала о юноше, какое-то тепло появлялось у нее внутри, легкая улыбка на лице, ощущение чего-то приятного. И желание, чтобы это продолжалось.
Даже о своих любимых подругах – «ирр Тилли» и «ирр Тату» – сейчас она не думала так много, как об Угги! А ведь раньше она и дня не могла прожить, чтобы не поговорить с ними. А когда она вспоминала Угги, у нее внутри возникало такое же чувство, как к маме!
Она попыталась разобраться в своих чувствах. Даже странно, чем он так заинтересовал ее. Если сравнивать его с ее друзьями, Угги во многом уступал им. Он был не самый ловкий, не самый сильный, не самый умелый. И, вообще, какой-то несуразный. Но, тем не менее, чем-то он притягивал ее внимание. Почему-то ей было так приятно на него смотреть. Стоило ей его увидеть, и ее настроение сразу поднималось.
Он был еще по-юношески худощав и нескладен. Но его мягкая улыбка и серые глаза, очаровывали ее. Да, конечно, он совсем не похож на воина. Ну, не всем же быть бойцами? И у них тоже есть профессии, которые далеки от воинского дела – пекари, врачи, геологи.
Зато видно, что он добрый и нежный. Хоть и пытается изобразить из себя сурового воина. Она вспомнила, как он смотрел на нее там, на площади. Глаз оторвать не мог. Все отвернулись по приказу хана, а он как будто застыл на месте с полуоткрытым ртом. Ей даже смешно стало, несмотря на ситуацию. Она тогда выбрала момент, когда хан отвернулся к своему телохранителю и подмигнула наследнику. А он смутился и сразу опустил глаза.
Ирина решила отложить побег, пока она с этим не разберется.
- «Да и вообще, чего спешить? Может мама быстрее ее найдет? А то ведь они могут разминуться. Мама приедет сюда, а Ирина где-то по степи шляется. А ведь в чистом поле ее найти будет гораздо сложнее! Да, пожалуй, подожду немного. Осмотрюсь здесь, понаблюдаю за Угги. Что же он за человек? Да и нужно понять, как они тут живут. Странное у них государство. Совсем не похоже на то, где живет она».