Выбрать главу

Все ахнули!

Глава вторая. Пленница.

Мудрец отступил назад, и хан с изумлением увидел строгое лицо воина.

Нет, не воина, а воительницы!

Светлые волосы рассыпались по ее плечам, длинные ресницы обрамляли восхитительные зеленые глаза. Она была бы очаровательна, если бы эти глаза не смотрели так сурово и презрительно.

Хан залюбовался ею. Красота ее была необычайна. Светлые волосы и зеленые глаза, представляли весьма редкое сочетание в этих краях. И выглядело все это очень экзотично!

Старик подошел к хану и с поклоном передал ему шлем. Тот взял его и с любопытством осмотрел. Он никогда не видел ничего подобного. Сделанный из неизвестного металла снаружи, изнутри шлем был покрыт чем-то мягким.

Хан снял с пояса кинжал и попробовал поцарапать шлем. Но прекрасная дамасская сталь кинжала не оставила и следа на нем, что очень удивило Хубилая.

- Великий хан, разреши, я поговорю с ней? - опять спросил Наджибулла.

- Ну, попробуй, - с усмешкой сказал хан.

Для начала старик подал знак слуге и тот принес ему пиалу с чистой ключевой водой.

Он поднес эту пиалу воительнице и сказал, - Пей.

И улыбнулся, чтобы показать свои мирные намерения.

Поколебавшись, она взяла пиалу и быстро выпила ее всю. Было видно, что ее мучила жажда, но она терпела. Она вернула пиалу Наджибулле и благодарно кивнула.

Мудрец вытянул перед собой руки, показывая, что он не вооружен.

Потом сказал ей, - Я – Наджибулла.

Он потыкал пальцем себе в грудь.

- А ты? Как тебя зовут?

Она с недоумением смотрела на него.

- Ты? Как твое имя?

Она молчала.

Мудрец подозвал к себе ближайшего воина. Тот с опаской подошел.

Наджибулла снова стал говорить с ней.

- Смотри, он – Надир.

Он ткнул в грудь стражника.

- Я – Наджибулла, поняла? – он ткнул в грудь себе. - А как твое имя?

И он осторожно указал своим пальцем на нее.

И вдруг недоумение рассеялось на ее лице.

Она показала пальцем на себя и сказала мягким певучим голосом, так не похожим на гортанные голоса кочевников, -

- ирр Ина.

- Ирина? – переспросил мудрец, услышав незнакомое слово.

Она сделала отрицательный жест рукой и снова повторила, на этот раз раздельно и четко, - ирр Ина!

Наджибулла, так и не поняв, как нужно произносить ее имя, спросил еще раз, - Ирина?

Воительница, видимо осознав, что им не понять друг друга, махнула рукой, - Ирина.

- Скажи ей, - распорядился Хубилай, - чтобы сняла остальные доспехи.

- Ирина, - продолжил мудрец, - Великий хан приказывает тебе снять доспехи!

Она внимательно выслушала его, но очевидно ничего не поняла и не двинулась с места.

Наджибулла продолжил, - Доспехи! Надо снять!

Он указал на ее броню.

Она насмешливо смотрела на него.

Тогда он попытался объяснить ей это жестами. Он показал, как будто начинает снимать свой халат.

Наверное, она поняла старика. Потому, что положила руки на пояс и сделала ими какое-то движение.

Ее доспехи разошлись, показалась трещины между отдельными звеньями, и вдруг они, распавшись на части, мгновенно слетели с нее.

Все ахнули!

Оказалось, что под доспехами на ней не было никакой одежды. Совсем никакой.

Она предстала перед всеми совершенно обнаженная. Только на шее у нее сиял золотой медальон изображающий солнце с простертыми во все стороны волнистыми лучами.

Придворные издали вздох изумления.

Но ее это совершенно не смутило. И она спокойно стояла на виду у всех.

Хан крикнул, - Всем отвернуться!

Все мгновенно выполнили приказ. Кроме самого хана, его сына и мудреца. Но и мудрец склонил голову.

- А ты, Тахир, подай ей свой плащ.

Начальник охраны хана, сняв с себя накидку, наклонив голову и стараясь не глядеть на воительницу, поднес ей ее.

Но она, посмотрев на грязный и запыленный плащ, брезгливо оттолкнула его, сказав какое-то резкое слово.

Тогда мудрец, повернувшись к хану, произнес, - Повелитель, мне кажется, ей эта одежда не нравится, она хочет чистую!

- Так принесите ей то, чего она хочет.

Гонец побежал к юртам.

Хан смотрел на обнаженную воительницу. Даже ему, избалованному многими восточными женщинами, было удивительно видеть такое прекрасное женское тело. Подобных красавиц он еще никогда не встречал.

И его сын, Угэчи, тоже жадно смотрел на нее.

А она глядела на них в упор, не отводя глаз. Ничуть не стесняясь. Стояла свободно, в небрежной позе. Не так, как обычно делают юные и робкие девушки, пытаясь прикрыть грудь и женское естество, а по-мужски, непринужденно, отставив одну ногу в сторону и сцепив руки за спиной.