- Как голова у тебя, зажила?
- Да, почти, - он осторожно дотронулся до затылка.
- Ой, а это что у тебя? – показала она на глубокий шрам на груди воина.
- Это старая отметина. Прошлым летом в бою сцепился я с одним всадником, он и ударил меня копьем. Кольчугу пробил. А я его мечом. Вот рубец и остался.
Ирина подошла вплотную, - Можно я потрогаю? – она осторожно коснулась шрама пальчиками.
Дионисий дернулся.
- Что, больно?
- Да нет. Ты… не подходи ко мне близко, когда ты… голая. Ладно?
- Да что с вами такое? Что вы тут все такие нервные? Что Угги, что ты. Не можете никого видеть в голом виде.
- Не никого, а только тебя.
- И почему?
- Я же тебе говорил, твой будущий муж все это тебе расскажет.
- А где он, этот будущий муж? И сколько еще его ждать? Может, и не будет его вовсе?
- Будет, не спеши. Еще и надоест, наверное. Как все мужья.
- Ну, расскажи мне ты, что мне сто лет ждать? Что это за тайны такие, что ты не можешь ничего сказать? Государственный секрет, что ли? Почему вы так боитесь голого тела?
- Да не боимся мы, глупая! Все совсем наоборот!
Они переплыли обратно. Ирина приплыла первой и выйдя из воды, ожидала Дионисия. Он подплыл, встал и стоя по пояс в воде, ждал, когда Ирина уйдет одеваться. Но она стояла на песке и не собиралась никуда уходить. Что-то говорила ему, указывая на небо, рассказывала.
Он не выдержал, - Иришка, ты когда одеваться пойдешь?
- А что?
- Да холодно мне здесь!
- Так выходи, что ты там мокнешь?
- Не могу, пока ты на меня смотришь!
- Почему?
- Потому, что я тоже голый!
- Чего-то я вас тут совсем не пойму? То вы не можете на меня голую смотреть, а теперь оказывается, и вас голых тоже нельзя видеть?
- Давай потом с этим разберемся, - стуча зубами, пробормотал воин, - я совсем замерз, отвернись пожалуйста!
- Ладно, проходи, - она отвернулась вполоборота.
Он вышел из воды и торопливо пошел по песку.
Но, когда он проходил мимо нее, она повернулась и резко шлепнула своей ладонью его по заднице.
- Ай! Ты чего? – он повернулся к ней, и она наконец увидела то, что хотела.
- Ничего, - смиренно ответила она, не отводя взгляда от его мужского достоинства, - это я так, нечаянно…
Только тут он сообразил, что стоит перед ней совершенно обнаженный. Он быстро закрылся руками и убежал к своей одежде.
- О, можешь не торопиться, - глядя ему вслед, сказала она, - все, что мне было нужно, я уже увидела!
- Что?
- Ничего. Просто я сравняла счет, говорю. Один – один.
Нашла туча и скрыла солнце. Подул ветерок. Сразу стало прохладно.
Чтобы немного согреться, они развели костер. Дионисий наломал сухих веток и сучьев, а Ирина насобирала мха и листьев для растопки.
Потом воин достал огниво и ловко разжег костер. И уже через некоторое время они сидели у огня, наслаждаясь теплом.
- Ой, как же хорошо у вас здесь, - воскликнула Ирина, нежась у костра. – Столько зелени! И простор такой!
- Какая же здесь зелень? – удивился Дионисий. - Степь сухая. А у вас что, вообще ничего не растет?
- Нет, растет, конечно. Но у нас там всё такое – подстриженное, ухоженное. А здесь – дикая природа! Мощь!
- Это что! Видела бы ты, как красиво у нас на Волге! Поля, леса, реки!
- Расскажи!
- Мой дом стоит рядом с обрывом, прямо над рекой. А над самым обрывом растет береза, кудрявая! А под ней лавочка, ее поставил еще мой отец. Они с матерью любили сидеть там на закате. Красотища у нас, неописуемая! Приезжай к нам, посмотришь.
- Боюсь, что после вот этих приключений, мама долго меня никуда не отпустит. Буду дома сидеть в наказание.
- Ну, не всегда же она на тебя будет сердиться. Когда остынет, приедешь ко мне. Пойдем мы с тобой в лес, за грибами…
- За грибами? Что это такое?
- О, я большой любитель по грибы походить! Идешь, бывало, по лесу, присматриваешься. И вдруг видишь – под елочкой, спрятался, маленький такой, с коричневой шляпкой! Красота! Я, обычно, прежде чем положить в корзину, долго любуюсь им.
- С коричневой шляпкой? Это что, зверек какой-то? А почему он в шляпке?
Дионисий удивленно посмотрел на нее, - Ты что, никогда грибов не видела?
- Нет.
- Что у вас за государство такое? Ничего у вас нет.
- Как это ничего? У нас много чего есть – виджаанты у нас есть, траблайны, винниоки.
- Не знаю я ничего такого. Говори по-монгольски.
- А на монгольском, таких слов вообще не существует!
Они лежали на траве и смотрели в небо. Клин журавлей пролетал над ними по бледному небу Монголии.
- Эх, Иринка, сестренка ты моя названная! Улететь бы сейчас нам с ними ко мне на родину!
- Ага! И чтобы ты снова в дружину к князю попал? Нет уж, лучше я тебя к нам на Зирру заберу, живи там со своей Артемидой.