Она наклонилась, пытаясь увернуться от ракеты, но недостаточно быстро.
Оранжевый огненный шар выбил у нее один из ее двигателей, обломки которого закружились, сверкая в лучах влажного солнечного утра, и платформа, неуправляемо вращаясь, врезалась в склон холма.
Когда огромный огненный шар окрасил холм своим цветом, и в воздухе со свистом разлетелась шрапнель, Дитер снова нырнул за стену; каким бы ни было в ней топливо, оно являлось взрывоопасным. Затем он поднялся и посмотрел, как она горит, прислонившись к стене, чтобы не наступать на свою больную ногу. Хорошо было бы, если бы после этой штуки осталось что-нибудь неповрежденное. Крест на этой мысли поставил финальный взрыв.
Лендровер остановился рядом с ним, и перед тем, как в него залезть, он передал ракетную установку Джеймсу. Агент Сектора убрал ее на место.
«Вспоминается, с каким трудом мы брали людей с такими штуками», сказал он.
«Они всегда были излюбленным оружием террористов», сказал Дитер, потирая бедро.
Джеймс заметил это и протянул другу серебристую фляжку. «Лучший ирландский виски», сказал он.
Дитер поднял ее в знак благодарности и сделал глоток. «Уаааххх!», сказал он спустя секунду со слезами на глазах. Он повернулся и косо глянул на своего друга.
«Ну», сказал Джеймс, принимая фляжку обратно, «по-любому, это лучшее, что я смог достать. Времена не из лучших, старина».
«Думаю да», сказал австриец высоким и хриплым голосом.
Следующие несколько миль они ехали гораздо более спокойно, и Дитер любовался окрестностями. Ирландия пострадала меньше по сравнению с Англией и Европой. Из-за, несомненно, устаревшей информации. Он вез с собой очень продвинутую начинку двух компьютеров, которые будут переданы Сногу и его группе. Где-нибудь в другом месте такое найти было невозможно. Скайнет вел тщательные бомбовые зачистки человечества, стремясь отбросить его, по крайней мере, в сороковые годы.
«По крайней мере, Скайнет сделал так, что религиозные разногласия в вашей стране потеряли свое значение», сказал Дитер.
«Теперь да», ответил Мик с переднего сиденья. «Но этот обезумевший компьютер, стремящийся уничтожить человечество, – он католический, или же это протестантский сумасшедший компьютер, стремящийся уничтожить человечество? В наши дни вот это самый главный вопрос».
«Уверен, что он атеист», сказал Дитер.
* * *
Когда они подъехали к берегу, оказалось, что на назначенную встречу с «Рузвельтом» они немного опоздали. Джон уже был на берегу и ждал их, сидя на валуне и запуская гладкие камешки с каменистого берега в серую воду.
«Ого», сказал он, когда Дитер, неловко маневрируя, вылез из машины. «Смотрю, дела у тебя не очень». Джон подставил другу плечо. «Как это случилось?»
«Просто неудачно упал», сказал Дитер.
В волнах глубокого озера исчез узкий оптоволоконный датчик. Через несколько секунд вода словно раздвинулась, отскальзывая в стороны, и показались чудовищные очертания гигантской всплывающей подводной лодки; даже находясь на расстоянии тысячи ярдов, они услышали, как вода стремительным каскадом низвергается с ее корпуса длиной в десятую часть мили.
«На этой консервной банке врач имеется?»
«Не дай бог капитан услышит, как ты ее назвал», сказал Джон. «И да, есть и врач, и лазарет. Они тебе окажут помощь».
«Отлично. Как вы, американцы, говорите, я становлюсь слишком старым для всей этой фигни. Старые кости заживают хуже молодых».
Оперевшись на своего молодого друга, Дитер повернулся к Лендроверу, у которого стоял Джеймс с двумя кейсами в руках. «Нам удалось их раздобыть», сказал он.
Джон сжал губы, но выражение его лица было явно довольным.
«Сержант», позвал он через плечо.
Подбежал один из морских десантников, внимательно схвативший взглядом всё происходящее вокруг – хромавшего Дитера, Джона, помогавшему раненому, агента Сектора и предметы у него в руках, прищурившегося человека за рулем машины. «Сэр», сказал он.
«Ах, рад был помочь, дружище», сказал Джеймс. «Удачи», сказал он Дитеру.
«И тебе», сказал Дитер, «вам обоим».
Мик помахал им рукой изнутри Ровера. Джеймс сел в машину, и они уехали, еще до того, как Дитер полностью развернулся лицом к зодиаку. Дитер заметил, несмотря на боль, что с его юным другом словно что-то не так. Он остановился. Джон посмотрел на него, обеспокоенный.