«Если я еще когда-нибудь увижу эту светловолосую суку, я ее убью!», заявила одна из матерей, уцелевших в той бойне.
«Нельзя ее за это осуждать», подумал Джон. «Но Нинель хорошая. Нутром чувствую».
На мгновение он представил себе, как Сара Коннор саркастически подняла бы брови.
«Ладно, ладно, мое Внутренняя Мама, следящее за мной и сидящее во мне второе Суперэго, да, это уже почти часть моей анатомии. Но я неплохо разбираюсь в людях – приходится, если уж я намерен этим заниматься. И что-то мне подсказывает, что Нинель не из числа массовых убийц».
Он выглянул в окно, посмотрев на экзотически светлые ее волосы – немного спутанные и слипшиеся на концах, как и у всех сейчас, но все же светившиеся ярким маячком в эти серые дни. Она казалась такой спокойной и здравомыслящей девушкой, совсем не из тех, кто вступает в группировки, намеренно и сознательно убивающие обычных людей без всяких на то причин. Кроме того, она казалась скорее одиночкой, чем командным игроком. В голове у него мелькнул термин «снайпер-одиночка».
«Правда, я не очень хорошо ее знаю, и вряд ли могу судить, нормальная она, здравомыслящая или нет, на основании такого короткого знакомства».
И еще одна мысль крутилась у него в голове, с которой он не мог смириться: он был с ней таким тихим, таким любезным, эдаким душкой. И ему так не хотелось, чтобы это было правдой. Нинель была такой обаятельной и крошечной, она была немного похожа на белокурого голубоглазого эльфа вроде Бьорк.
Хотя, если не брать в расчет Толкиена, мифология отнюдь не рисовала эльфов дружественно настроенными к обычным людям – а наоборот, сталкиваться с ними было рискованно и чрезвычайно опасно.
Нинель не потребовалось много времени, чтобы оформить пассажиров, и вскоре она уже махала им рукой на прощанье. Джон завел ногой свой байк и с грохотом остановился позади нее. Она не повернулась и продолжала стоять к нему спиной, убирая тем временем свою папку-планшет обратно в сумку.
«Как это ты умудряешься ездить на этой штуке?», громко спросила она, стараясь перекричать грохот мотора. Нинель посмотрела на него через плечо. «У тебя что – склад топлива, или как?»
«Или как», ответил он и заглушил двигатель. «Я его так отладил, что он работает на древесном спирту, и оборудовал собственный самогонный цех». Она была явно впечатлена, и это ему понравилось.
Но затем она нахмурилась. «Но ведь это топливо плохо сгорает, загрязняя воздух, разве не так?»
Рот его скривился в улыбке. «Разве это имеет какое-то значение сейчас, когда наступил конец света?»
Она рассмеялась. «Сейчас не конец света, и да, это имеет значение». Она стала серьезной. «Это всегда важно».
В глубине души он почувствовал закравшуюся в сердце крупинку страха. Ведь ее родители были активистами. Не достигшими своих целей активистами идиотской идеи, но такого рода воспитание должно было оказать определенное влияние на ее характер.
«Можно угостить тебя гамбургером?», спросил он.
Она усмехнулась. «Если бы ты мог угостить меня бургером, я бы тебе выдала орден. Но ты мог бы угостить меня оленьим кебабом». Нинель кивнула на соседнее кафе. «Есть у тебя что-нибудь взамен?»
«Не беспокойся», сказал Джон: «У меня всегда что-то имеется. Я бы не предложил, если бы не было». Он укоризненно на нее посмотрел, и она рассмеялась.
«Можно припарковаться перед кафе», сказала она ему. «Буду ждать тебя внутри».
Когда она его нагнала, закрыв на замок свой велосипед, она усмехнулась, увидев, как он вытащил из сумки у седла пару кроликов. «Это может подойти», сказала она. «Если они свежие».
Он еще раз с упреком посмотрел на нее. «Всё свежее, только сегодня утром пойманные», сказал он. «Гарантирую».
У богатого человека, стоявшего за прилавком импровизированного ресторана, был дробовик с насосом и скептическое выражение на лице. Оно смягчилось, когда Джон протянул ему через деревянную стойку эти две тушки; он наклонился, понюхал, пощупал и кивнул.
«Окей, в «Коппер-Кинге» рады вас приветствовать», сказал он. «Поставьте ваше оружие там на стойку и наслаждайтесь, и никаких драк, иначе вылетите отсюда разорванными на куски».
«Приходите в «Бургер-Кинг» снова, и не хотите ли к этому картошку фри?», пробурчал себе под нос Джон.