Вождь испытывающе смотрит на меня, я демонстрирую полное безразличие к этой новости.
- ... Орден в Британской системе наград занимает четвёртое место, но является самым почётным из тех, которым можно наградить иностранца нецарского происхождения. Однако иностранцев не вводят в рыцарское достоинство, то есть, обращаться к тебе сэр Чаганофф Криппс не будет.
- Переживу, товарищ Сталин, а почему орден называется 'Бани'?
- Это связано с обрядом перед посвящением в рыцарство, претендента подвергали ночному бодрствованию с постом, молитвой и купанием.
- Ну ночным бодрствованием меня не запугать, в бане вчера был, а с молитвами хуже. Какую посоветуете выучить, товарищ Сталин?
- Вот думал тебя пригласить на встречу с английским послом, а теперь даже не знаю,- хмуро замечает вождь, броневик не снижая скорости пролетает насквозь Спасскую башню.
'В самом деле, что-то я возомнил о себе, а то не ровен час кавалером ордена 'Бани' станет другой Чаганов... 'зазвездился', похоже'.
- Прошу прощения, товарищ Сталин,- внутренне подбираюсь я,- мне нужно узнать ваше мнение по одному вопросу, у вас будет сейчас пять минут.
- Пойдёмте в мой кабинет, товарищ Чаганов, поговорим,- с задержкой отвечает он уже на выходе из лифта.
- Я хочу спросить по поводу выбора места под строительство реакторов наработчиков плутония. Вопрос принципиальный, так как от того, где он будет находится зависит выбор его типа. Вы прочли мою записку?
- Прочёл,- вождь открывает коробку с папиросами,- первый - 'воздушный' тип даже с учётом того, что строить придётся на Северном Урале, выходит значительно дешевле второго - 'водяного' в районе Челябинска, так?...
- Так, товарищ Сталин.
- ... А вы учли, товарищ Чаганов, что для строительства столь крупного предприятия на севере потребуется всю потребную рабочую силу туда завозить. То есть, строить жильё и всё сопутствующее этому.
- Пытались учесть, но это очень трудно. Мы исходили из того, что в данный момент там уже идёт крупное строительство Северо-Уральского бокситового рудника и тепловой электростанции, а также имеется железная дорога. Ветра круглый год имеют в основном в восточном направлении, поэтому опасность для людей в процессе эксплуатации реактора, и даже в случае серьёзной аварии, минимальна. На юге же мы вынуждены относить площадку подальше от Челябинска в относительно безлюдное место, всю инфраструктуру там придётся строить с нуля. Кроме того, для безопасной эксплуатации реактора вблизи крупных городов, то есть, свести к нулю радиоактивное заражение местности, приходиться выбирать 'водяной' его тип.
- А на севере разве не надо заботиться о заражении местности, товарищ Чаганов? Сколько вы на этом сэкономите? Десять, сто миллионов? Потеряете же в десять раз больше, если в случае аварии будет заражён горно-обогатительный комбинат и алюминиевый завод, которые планируется там построить.
'От оно как, тогда и в самом деле логичнее строить реактор с водяным теплоносителем, ведь отводимое тепло можно использовать для отопления, а позднее и для выработки электроэнергии. Это тебе не просто греть воздух'.
- ... Что ещё хотел спросить, этот момент в вашей записки недостаточно прояснён,- вождь с удовольствием затягивается сладковатым дымом 'Герцеговины',- в случае аварии, если заражение произойдёт, то на что это похоже, как на отравление ядом?
- Не совсем, товарищ Сталин...
* * *
- Вы свободны, товарищ Мальцева,- вождь пожимает руку раскрасневшейся Оле, другой рукой она смущённо поправляет на груди сбившуюся набок широкую красную ленту, на которой висит тяжёлый золотой мальтийский крест с белой эмалью - военный орден рыцаря-командора.
Криппс, пожилой худощавый джентльмен в строгом чёрном костюме, также прощаясь с рыцаршей, весь светится от удовольствия.
- Прошу садиться,- Сталин широким жестом указывает на специально по этому случаю принесённый в его кабинет небольшой кофейный столик, сервированный на четверых, три прибора с одной стороны и один с противоположной.
Пропускаю вперёд Молотова и Сталина и сажусь последним, неловко звякнув о стул овальным знаком рыцаря Большого креста, свисающего до середины бедра на широкой красной ленте через плечо, как у свидетеля на деревенской свадьбе. Наш переводчик Павлов, молодой высокий блондин, устраивается на стуле позади нас, английский посол со своим переводчиком располагается напротив.
- Премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль поручил мне на словах передать, вам господа, следующее,- после дежурных слов переходит к делу Криппс,- Англия хочет иметь с СССР хорошие отношения, а для этого стремится установить крепкие торговые отношения с вашей страной...