- Молчи, Ирка,- прерывает её другая девушка,- вот когда получишь первую ступень планериста, тогда тоже станешь летать с тракторостарта, а пока её у тебя нет - только с амортизатора.
Два десятка крепких ребят, отходя всё дальше и дальше, с силой тянут четыре толстых резиновых шнура, которые прикреплены к носу маленького планера Ус-2. Планер дрожит от напряжения, но сдвинуться не может, он закреплён на поверхности наклонного настила металлическим стопором. Резина натянута как струна, инструктор взмахивает рукой, и планер, освобождённый от стопора, срывается с места, словно камень из рогатки. В конце горки он взмывает в воздух метров на двадцать и, пролетев с километр, скользит по жёлтой траве аэродрома.
В то же самое время другой его крылатый собрат, запущенный в небо тракторной лебёдкой метров на триста, совершает облёт поля, собирая бурные аплодисменты публики. Ведущий конструктор ОКБ Яковлева Олег Антонов замирает, провожая взглядом своё детище, бесшумно проскользнувшее мимо.
- Скучаешь по ним,- замечает стоящий рядом главный конструктор.
- Первая любовь, Александр Сергеевич.
- Что ж неволить не стану, езжай в своё Ковно,- хмурится Яковлев,- вот как закончим И-26-ой с двигателем М-106 и можешь быть свободен. Хотя... помнишь Бендуковича?
- Анатолия Георгиевича, завтехотделом на 47-ом заводе 'Промвоздуха'? Конечно помню.
- А-а, я думал ты позже к нам пришёл. Так вот, Бендукович ушёл с завода в институт инженеров Гражданского воздушного флота, защитился там, а сейчас принято решение создать на базе института Ленинградскую военно-воздушную академию и его пригласили туда на должность доцента. Поэтому сейчас нарком ищет ему замену в ЛАРМе (Ленинградские авивиаремонтные мастерские), где идёт валовое производство СХ-1. Да не кривись, ты же там директором будешь, соберёшь бригаду из конструкторов, начнёшь потихоньку свой самолёт разрабатывать. А что на трамвайном заводе в Ковно тебе лучше будет? Пока начнёшь его в порядок приводить, да людей собирать война начнётся. Город на границе почти, разбомбят его немцы к чертям собачьим и всё, а тут тебе Ленинград, научная и техническая база.
- Александр Сергеевич, у Хруничева наверняка уже свой кандидат имеется...
- Неважно, сегодня здесь Чаганов будет, хочешь я с ним о тебе переговорю?
* * *
Ровно в три часа, заглушая возбуждённые выкрики зрителей, приветствующих появление на балконе членов правительства, разом заговорили 150 радиорупоров, установленных в разных концах аэродрома.
- Уважаемые товарищи,- голос Левитана зазвучал из них,- прошу посмотреть налево...
Из-за железнодорожной насыпи, словно из-за кулис в мареве нагретого воздуха появляется множество чёрных точек.
- ... Наш парад в строю из аккуратных пятёрок открывают 280 самолётов, ведомые молодыми осовиахимовскими лётчиками. Они словно показывают путь, который лежит перед тысячами наших юношей и девушек, овладевающим благородным искусством полёта!
- Всё выше, и выше, и выше,- из динамиков с неба доносится марш авиаторов, это мимо трибун проплывает 'Максим Горький'.
Он открывает колонну самолётов Гражданского воздушного флота. За ним - самолёт гигант СССР- Л760, 6-моторные ПС-84 с новыми двигателями АМ-35, далее ПС-41, ПС-35. Гул их моторов на время заглушают голос диктора.
'Какой огромный скачок совершила страна за какой-то десяток лет',- картинка начинает расплываться, но успеваю заметить, как Сталин, стоящий крайним справа, тоже украдкой смахивает слезу. Воздушная арена на мгновение пустеет, чтобы заполниться чередой пилотажных групп на УТ-1: петли, бочки, перевороты. То расходясь веером, то собираясь в кучу, они переходят в штопор, выравнивают машины у земли, чтобы уступить место истребителям и бомбардировщикам.
На границе лётного поля построен макет завода в натуральную величину: дымящие трубы, просторные корпуса, даже деревянный мост повис через реку. Вдруг пронзительно, тревожно завыла сирена, в небе загорается красная ракета. С места срываются две пары И-16-ых, мгновение - и они уже в воздухе, по широкой спирали набирая высоту. На земле у зенитных орудий суетятся их расчёты.
- Слева показывается девятка скоростных бомбардировщиков,- драматическим голосом вещает Левитан,- сверху и с боков их сопровождают серебристые ЛаГи. Они бесстрашно бросаются в лобовую атаку на истребители ПВО врага, в небе разворачивается грандиозная воздушная схватка. Бомбардировщики, пользуясь моментом прорываются к цели! Грохочут залпы зенитной артиллерии, не смолкают зенитные пулемёты! На вражеский завод сверху летят тяжёлые бомбы!