- Так и Военный Совет КОВО предлагает укрупнить наши мехкорпуса до примерно тысячи танков, но Генштаб выступает против. Почему?
- Потому, что такое соединение будет слишком громоздким, и, следовательно, плохо управляемым. Генеральный штаб считает, что на данном этапе высшим тактическим соединением будет мехкорпус в нынешнем составе, а высшим танковым объединением Красной армии - танковая армия, состоящая из двух-трёх мехкорпусов и приданных частей, которая не должна иметь более 600 танков. Возможно, что позднее, по мере накопления опыта у танковых командиров в учениях и боевых действиях мы и укрупним их состав, но пока масштаб планируемых операций должен соответствовать нашим возможностям.
- А мы считаем,- указка трещит в руках командующего округом,- что структура Красной Армии должна выстраиваться под масштаб задач, которые ставятся перед нею. Наш же Генеральный штаб просто слепо копирует чужой опыт...
- Не горячитесь, товарищ Тимошенко, присаживайтесь,- вождь поднимает руку,- нет ничего зазорного в том, чтобы использовать чужой опыт, когда своего ещё нет. А вы, товарищ Захаров, поясните, какие же задачи будут по силам нашим танковым войскам весной 1941-го?
- Как известно, товарищ Сталин, танковые войска - это не только мехкорпуса, но и бригады непосредственной поддержки пехоты. Количество и боевой состав последних существенно менять пока не планируется, так устаревшие типы танков, из которых они состоят, уже сняты, или будут сняты с производства до конца этого года. Речь идёт о танках КВ-1, Т-26, ТБ-7, Т-28 и других. Задачи бригад соответствуют их названиям, они подчиняются командирам стрелковых частей, которым приданы. Наибольшим изменениям подвергнутся наши мехкорпуса. Прежде всего, в составе 12 существующих в данный момент мехкорпусов останется только один тип танков - это новый Т-34. По мере их поступления в мехкорпуса, танки старых типов, их у нас около двух с половиной тысяч, будут отправляться на заводы, где пройдут необходимый ремонт, на них также будет установлено дополнительное бронирование. Эти танки пойдут на пополнение танковых бригад и замену выработавших свой ресурс танков...
- В мехкорпусах не останется тяжёлых танков?
- Так точно, товарищ Сталин, но в задачи мехкорпуса и не входит взлом глубоко эшелонированной обороны с бетонными укреплениями. Мы предполагаем вводить его в прорыв обороны противника, который осуществляется ударными стрелковыми частями. Тяжёлый танк пройдёт не по всякой дороге и мосту, а если пройдёт, то может испортить её до такой степени, что создаст трудности при использовании колёсной техники. А уменьшение пробивной силы мы планируем компенсировать самоходными артиллерийскими установками, тоже, кстати, на ходовой части Т-34, а также штурмовой и бомбардировочной авиацией. Возьмём, например, план операции, о котором говорил товарищ Тимошенко: её глубина достигает 300 километров. Так вот, Т-34 пройдёт это расстояние на одной заправке, а КВ не сможет, а это - остановка, дополнительное топливо, которое на перевести по той же дороге дополнительным транспортом. Кстати, о нашем споре по количеству танков в мехкорпусе: для тысячи танков, я исключаю совершенно колёсный транспорт, на 500 километров необходимо везти с собой 1200 тонн горючего, а для 600 танков- на 500 тонн меньше. То есть, добавочные танки - это добавочные сотни автомобилей с горючим и боеприпасами. Возвращаясь к вопросу о задачах наших мехкорпусов: пока не будут решены все вопросы их работы в составе танковой армии, Генштаб будет настаивать на их использовании для ударов по флангам прорвавших нашу оборону немецких танковых соединений или в армейских, а не фронтовых наступательных операциях с глубиной до ста километров...
- Ваша позиция понятна, товарищ Захаров,- Сталин тоном показывает, что встреча подходит к концу,- но хотелось бы также услышать мнение других специалистов. Неплохо было бы привлечь к обсуждению этого вопроса командующих и начальников штабов Особых округов и наиболее опытных преподавателей Академии Генерального штаба. Ввиду особой важности данного вопроса Наркомату обороны не следует ограничиваться лишь обменом мнениями, но и в короткие сроки организовать командно-штабные игры на картах, где представители противоположных точек зрения могли бы на деле доказать правоту своих взглядов.
Баварские Альпы, Бергхоф,
Резиденция Гитлера.
1 сентября 1940 года, 09:00.
- Мой фюрер,- гросс-адмирал Редер, растерянно глядит на спину Гитлера, стоящего у огромного во всю стену окна, из которого открывается прекрасный горный пейзаж с заснеженными вершинами,- мы должны постараться всеми средствами усилить нашу борьбу с Англией пока ещё Соединённые штаты не вступили в войну. Бросить все наши ресурсы на поддержку флота и морской авиации. Канарские острова, Гибралтар, Средиземноморье, Суэц, Балтика и Северное море - вот те позиции Англии, ослабление которых будет иметь решающее значение. Мы должны вести морскую войну, наши же сухопутные силы следует использовать для захвата и удержания Испании, Балкан, Северной Африки, Ближнего Востока, чтобы силой прорвать британскую блокаду и обеспечить устойчивое снабжение Европы. Мы не можем повторять ошибки правительства 1914-го года. Нарушение пакта с Россией и война на два фронта ведёт к гибели Германии.