- Борис Львович, где вы там нашли точную механику?
- Так мне так доложили...
- Сплошная штамповка из жести, в любой мастерской можно изготовить. И в 'бомбе-лягушке' нет ничего сложного для производства. Зато если удастся запустить их в производство, то получим отличное оружие против пехотных колонн и аэродромов противника. Короче, сделаем так, я сейчас же даю указание на финансирование конструкторских работ и на изготовление опытных партий этих двух типов мин, а вы - присваиваете этим работам наивысший приоритет, организуете заводские испытания. Попробуем убедить Главное Артиллерийское Управление в ошибочности их взглядов...
- Чаганов слушает,- поднимаю трубку зазвонившего телефона.
- Ты не забыл?- в голосе Оли прозвучали нотки неудовольствия.
'Чёрт, чёрт!- скашиваю глаза в сторону настенных часов,- через десять минут мы с супругой встречаемся у девятого подъезда Большого театра. В рамках программы по усилению работы над нашими отношениями решили больше времени проводить вместе, почаще выходить на публику'.
- Договорим завтра, товарищ Ванников,- направляю указательный палец к потолку,- спешу.
- До свидания, товарищ Чаганов,- облегчённо понимающе кивает тот.
'Костюм забыл надеть, но возвращаться домой времени нет. Пойду во френче'.
- Машину к подъезду,- даю указание секретарю, быстро пересекая просторную приёмную,- я на радиотелефоне.
- Помедленнее, людей давить не надо,- кричу водителю, широкий Щёлковский проезд запружен публикой.
Мой чёрный лимузин со скоростью пешехода подъезжает к мрачной Оле, стоящей у подъезда под зонтиком. В облегающем чёрном вечернем платье она выглядит очень эффектно. Меня, выходящего из лимузина, меряет критическим взглядом, но молчит, сдерживается.
'Прикусила язычок, осознаёт, что часть вины за нашу ситуацию лежит на ней'.
- Товарищ Чаганов, здравия желаю,- дверь подъезда распахивается и на пороге появляется комендант Большого театра, долговязый и крепкий брюнет лет сорока в белой парадной форме,- очень рад видеть вас с супругой у нас в театре. Прошу вас, проходите, а то намокнете. Что ж вы раньше не сообщили, я бы главную ложу подготовил, но сейчас уже поздно вводить особый режим, поэтому могу предложить большую боковую ложу, мне будет там проще обеспечить вашу безопасность...
- Извините за неудобство,- подхватываю супругу под ручку,- ведите скорее, товарищ Рыбин, наверняка уже был второй звонок.
- Не беспокойтесь о звонках, товарищ Чаганов, успеем.
'Значит в 'Романовскую' ложу, уменьшенную копию 'Императорской', держим путь, ни разу в ней не был'.
- Разрешите ваш зонт, товарищ Мальцева,- галантно протягивает руку комендант,- здесь у нас есть служебный гардероб.
- Иди-иди отсюда,- старый седой гардеробщик, испуганно глядя на приближающееся начальство, бесцеремонно выталкивает из-за стойки совсем молоденькую девушку,- потом заходи.
- Тогда деньги отдайте,- упирается та.
- Что за деньги?- строго спрашивает Рыбин.
- Я ему пятьдесят рублей дала, чтоб он позволил постоять в калошах Сергея Яковлевича постоять.
- Немедленно верните деньги!- ревёт на гардеробщика побагровевший Рыбин и поворачивается к вохровцу,- взять его под стражу до окончания спектакля. Плутовское племя, родимые пятна проклятого царизма, в смысле - московские официанты, гардеробщики и администраторы. Сколько времени бьюсь с ними, не могу вывести никак.
- Девушка,- шепчет, улыбаясь, Оля,- артисты проходят через подъезд номер 9'А', а не 9.
- Сладу с ними нет, товарищ Чаганов,- Рыбин показывает нам путь, ступая через две ступеньки по узкой служебной лестнице,- я имею ввиду с 'лемешистками' и 'козловитянками' - это, значит, поклонницами певцов Лемешева и Козловского. Сегодня очередь Лемешева петь Ленского, выходит, что это 'лемешистка', их особенно много стала после выхода фильма 'Музыкальнаая история'. Я беседовал не раз и с теми, и с другими, в жизни нормальные люди: студентки, медсёстры, учительницы. А после работы будто дьявол в них вселяется. Глаза горят, аж трясутся все как своих кумиров видят: караулят их всюду, преследуют. Не проверите, к Лемешеву по пожарной лестнице в квартиру через окно недавно влезли. А как столкнутся друг с дружкой где-нибудь, не в театре, конечно, так бьются в кровь стенка на стенку.
- А если в театре встретятся?
- Ну у меня тут не забалуешь,- Рыбин останавливается у двери в фойе,- Хусаинов, организовать проход в ложу. Тут они, в основном перед собой количеством цветов воображают, или как начнут своему хлопать, то до пятнадцати минут доходит. Ну а чужого освистывают или там мяукать начинают. Проходим, товарищи.