- Борис Михайлович, вы же на тубазиде,- укоризненно качает головой девушка,- с таким диагнозом вам категорически нельзя курить.
- Да мне уж всё равно,- машет он рукой,- за такое расстреливать мало...
- Я найду этого гада, товарищ командарм первого ранга,- Оля, перегнувшись через стол, решительно забирает папиросы,- не сомневайтесь. Будет он петь как канарейка, под наш аккомпанемент. Пусть Кейтель стреляется...
* * *
- Товарищ Мальцева,- навстречу поднимающейся по лестнице Оле бежит сильно надушенная секретарша Черникова,- вас к телефону, из аппарата товарища Кирова...
'Да что ж ты на меня смотришь с такой ненавистью, никто у тебя начальника отбивать не собирается'.
- ... вот здесь аппарат...
- Слушаю,- девушка грациозно опирается о краешек стола.
- Аня?- в трубке слышится голос Свешникова,- соединяю с Сергеем Мироновичем.
- Папа, ну как ты себя сегодня чувствуешь?- быстро говорит Оля и вопросительно смотрит на затаившую дыхание секретаршу.
- Отлично чувствую, дочка,- рассмеялся Киров.
Финляндия, станция Каукола,
Неподалёку от Котки.
12 февраля 1940 года, 07:00.
- Это что за маскарад?- брови комдива Соломатина грозно сошлись на переносице.
- Разрешите представиться, товарищ комдив, заместитель командира 1-го финского корпуса Народной армии Финляндии полковник Мерецков.
- А почему форма польская?- взгляд командира мехкорпуса остановился на шитых серебром погонах парадной формы.
- Такую выдали, товарищ комдив.
- Садись, полковник, в ногах правды нет,- Соломатин указывает на скамейку, идущую вдоль борта штабного фургона,- так ты что по-фински говоришь?
- Да нет, все по-русски понимают,- Мерецков трёт побелевшие уши,- костяк-то корпуса состоит из моей бывшей горнострелковой дивизии.
- Тогда понятно, чаю дайте товарищу Мерецкову. Послушай, я приказ из штаба фронта получил, ну чтобы организовать поддержку твоим частям, но мне неясно какие у тебя силы, какая твоя задача?
- Мой приказ простой, товарищ комдив,- полковник двумя руками обхватил эмалированную кружку, согревая озябшие руки,- водрузить знамя корпуса на крыше Президентского дворца в Хельсинки. Основные силы корпуса находятся на Карельском перешейке, где ведут бои вместе с 39-ой легкотанковой бригадой...
- С Лелюшенко?
- Так точно, товарищ комдив,- Мерецков шумно отхлёбывает из кружки,- а сюда по льду переброшен только 1-й горнострелковый полк и лёгкая артиллерийская батарея 45-и миллиметровых пушек, две с половиной тысячи штыков.
- Не густо,- с шумом выдыхает Соломатин, принимая от начштаба карту с нанесённой обстановкой,- я думал мне подкрепление посылают... ладно, ситуация у меня такая... мы с тобой вот здесь находимся. Как видишь, мои хлопцы захватили станцию Коувола и перерезали железную дорогу, которая соединяет Выборг, Хельсинки, а также запад и центр Финляндии между собой. Белофинны, конечно, пытаются выбить нас со станции, но пока сил у них на этом участке немного.
В фургон, быстро закрывая за собой дверь, вваливается молодой чернявый военный в белом полушубке.
Знакомься, товарищ Мерецков, это мой заместитель майор Черняховский. Далее... по данным разведки по Приморскому шоссе от Котки до Хельсинки никаких частей финской армии не замечено. Лишь у посёлка Порвоо у деревянного моста есть небольшой заслон, состоящий из шюцкора, так что тут у твоего полка трудностей быть не должно.
* * *
- А-а-ня,- Оля оборачивается на крик.
На выходе из здания наркомата обороны она замечает женскую фигуру в беличьей шубке.
- Марианна? Ты чего тут делаешь?- девушка легко сбегает по гранитной лестнице на тротуар.
- Мужа жду,- улыбается Толстая, разглядывая её военную форму,- он служит здесь в Генеральном штабе, а мы к папе собрались на дачу. А ты почему тут, да в таком наряде?
- Кхм-кхм,- сзади раздалось вежливое покашливание, два высоких военных комдив и комбриг вопросительно смотрят на Олю.
- Женя...,- защебетала Марианна, глядя на комдива,- это моя приятельница Аня Мальцева, она у нас в институте работает заместителем по режиму. А это мой муж- Евгений Александрович Шиловский, его сослуживец- Фёдор Иванович Трухин.