- В Стокгольме, господин Чаганов.
Коллонтай, переводящая удивлённый взгляд с меня на Валленберга, даже не пытается вставить слово.
- Хорошо, в Стокгольме. Чтобы у вас было представление о масштабах нашей будущей торговли, могу привести всего несколько примеров: СССР готов уже сегодня подписать контракт на поставку 4000 грузовиков компании 'Volvo' LV120 и 7000 тонн шарикоподшипников 'SKF' в год.
* * *
- Эрвин, каким ветром тебя занесло к нам в Стокгольм?!- широко раскрывает объятия Александр Целлариус, плотный сорокалетний брюнет, поднимаясь из-за стола.
'Неужели адмирал собирается выгнать меня со службы?- ёкает в груди у военно-морского атташе Германии в Швеции,- один промах и всё"?
- Да вот, решил проведать старого друга,- фальшиво улыбается нежданный гость из Берлина майор Штольце, а его холодные маленькие глазки косятся на помощника хозяина кабинета, оторвавшего голову от бумаг.
- Ты не голоден, дружище? Я знаю здесь неподалёку отличную забегаловку,- Целлариус торопливо засовывает документы со стола в сейф.
- Это и есть твоя забегаловка?- подмигивает Штольце, оказавшись в 'бункере' посольства.
- Канарис отзывает меня?- голос атташе дрогнул.
- Пока только отстраняет от руководства операцией 'Возмездие', будешь подчиняться мне. Докладывай, в чём причина провала, снайпер подвёл?
- Второй патрон дал осечку, Эрвин,- переводит дух Целлариус,- пока возился с ним машина ушла из сектора обстрела. Оружие было в порядке, стрелок отличный, чемпион Финляндии. Этот патрон... шанс, что его разорвёт- один на миллион или того меньше...
- Почему снайпер был один?- зло перебивает его Шольце,- ты должен бога благодарить, что адмирал решил не отдавать тебя под суд. Просто не смог быстро найти замену твоему финну. Ты пойми, объект- личный враг фюрера! Второй ошибки тебе не простят, да и не только тебе, полетят головы и адмирала, и моя, и твоя. В общем, план меняется, теперь исполнителями будут мои диверсанты, а твой снайпер нужен для отвода глаз, он даже стрелять не будет. На месте ликвидации объекта должен остаться его труп с винтовкой. Это хорошо, что снайпер- чемпион, значит личность полиция установит быстро, как и оружие, из которого было произведён выстрел при первом покушении. Мотив очевиден- месть русским.
- Объект стал очень осторожен,- задумчиво произносит атташе, глядя себе под ноги,- все встречи проводит в резиденции посла. Правда от моего шведского источника мне стало известно, что готовится встреча Чаганова и премьер-министра Ханссона, источник считает она произойдёт завтра вечером на коктейль-приёме во Дворце Наследных Принцев ...
- Карту!- командует Шольце.
* * *
- Штольце в Стокгольме,- обхватываю сзади Олю и легонько прикусываю мочку её уха.
- По твою душу,- вырывается Оля из объятий,- говорила тебе, что это немцы. Откуда известно?
- Только что получил радиограмму из Москвы, перехватили вчера утром, а сегодня уже расшифровали,- гордо выпячиваю грудь и снова приближаюсь к супруге.
- Чёрт, чёрт,- выставляет кулачки перед собой она,- Кузнецов уже уехал... Всё, коктейль-пати отменяется.
- Не может быть и речи,- я тоже умею злиться,- от моей встречи с премьером Ханссоном слишком многое зависит...
- Да пойми ты,- раздувает ноздри супруга,- тебе по дороге туда десять раз голову прострелят... и не тебе одному, между прочим.
'Она права'.
- Так придумай что-нибудь чтоб не прострелили,- моё раздражение требует выхода,- ты же у нас профи.
Из-за дверей комнаты послышалось чьё-то сопение.
- Входите,- одновременно выкрикнули мы.
- Радиограммы из Москвы вам, товарищи,- в дверном проёме показывается тощая фигура шифровальщика Сурогина.
'Сталин утверждает все обязательства, что я сделал в разговоре с Валленбергом,- быстро пробегаю глазами по тексту шифровки,- и по грузовикам, и по буровому оборудованию, и по пшенице с удобрениями, а про то, что надо отменять встречу с Ханссоном- ничего'.
Напрягаю память, запоминая множество наименований товаров и чисел, расписываюсь на бланке, возвращаю дешифровку Сурогину и радостно поворачиваюсь к Оле.
- Берия советует возвращаться в Москву,- замелькали в воздухе пальцы супруги,- через два дня приезжают его 'волкодавы', будут нас отсюда вывозить.
'Советует, ответственность с себя Берия снимает. Всё он понял, зачем сюда Шольце пожаловал, но Сталину не доложил, иначе бы не через два дня, а прямо сейчас нас выворачивало наизнанку в воздушных ямах по пути в Москву. Всё логично, я ему конкурент, а друзей в политике вообще не бывает'.