* * *
- Господа,- Черчилль прерывает напряжённое молчание, которое установилось после того, как Главнокомандующий по окончании длительного доклада отошёл от карты и занял своё место за длинным столом, за которым проходило заседание Совета,- несмотря на тяжёлые последствия прорыва немцев в Шампани, я призываю вас не сдавать Париж без боя. Вам ли не знать, насколько изматывающей для нападающих может быть оборона большого города, если бой будет идти за каждый дом. Вы все помните слова Клемансо: 'Я буду сражаться перед Парижем, в Париже и за Парижем'...
- Превращение Парижа в развалины не изменит конечного результата, господин премьер,- перебивает его Петен,- тем более что наш союзник отказывается исполнять свой долг перед нами, отозвав всю авиация на Остров.
- Ваш союзник,- с трудом сдерживает своё возмущение Черчилль,- в данный момент проливает свою кровь по Дюнкерком, связав боем до половины германской армии. При этом его авиация день и ночь висит над этой частью Франции, поддерживая союзные войска и неся огромные потери!
- По нашим сведениям, господин премьер, 25 ваших эскадрилий истребителей не участвуют в боевых действиях,- подаёт голос генерал авиации Вийеман,- здесь находится ключевой пункт. Сейчас решающий момент, поэтому неправильно держать какие-либо эскадрильи в Англии.
- Это не решающий момент и не ключевой пункт,- раздувает ноздри Черчилль,- он настанет тогда, когда Гитлер бросит свою авиацию на Остров. Если мы, вследствие переброски самолётов на континент потеряем господство в воздухе, то не сможем держать моря открытыми, не сможем снабжать союзную армию. Вот тогда наступит катастрофа.
- Господа,- с места встаёт премьер Рейно,- надо остудить наши головы, предлагаю устроить небольшой перерыв. Я думаю, что обеим сторонам будет что обсудить пока официанты накрывают на стол.
- Отличная идея, господа,- поднимается и Черчилль,- предлагаю английской делегации прогуляться по прекрасному саду.
* * *
- Господин, подполковник,- Черчилль, сидя на лавочке, внимательно смотрит снизу вверх в глаза подошедшему к нему офицеру,- ваши коммандос провели рекогносцировку?
- Так точно, сэр,- вполголоса отвечает тот.
- И какой из вариантов плана представляется вам наиболее предпочтительным?
- Думаю авиационный, сэр, железнодорожная станция забита войсками.
- Хорошо, остановимся на нём, ждите сигнала.
- Сэр,- к лавочке подбегает глава военной разведки,- немцы вошли в Париж!
* * *
- Господин премьер,- к поднявшемуся из-за стола Черчиллю обращается Рейно,- не хотите ли вы попробовать коньяк из подвалов замка?
- Отказаться от этого было бы непростительной ошибкой с моей стороны,- улыбается тот.
- Тогда прошу пройти в соседний кабинет, там всё приготовлено.
- Французское правительство,- продолжает он монотонным голосом, когда Черчилль делает глоток из бокала,- решило поставить перед правительством Великобритании следующий вопрос: 'Согласна ли Англия с тем, чтобы, вопреки соглашению от 26 марта 1940 года, запрещающему сепаратное заключение перемирия, Франция запросила у противника, на каких условиях он готов прекратить военные действия'?
- Какую позицию имеет ваше правительство по вопросу военно-морского флота?- Черчилль с отвращением ставит коньяк на столик.
- Мы готовы дать вам гарантии, что наши корабли не попадут в руки немцев.
- Насколько мне известно, председатель Сената и главы обеих палат вашего парламента за продолжение борьбы, не так ли?
- Откуда это известно?- передёргивает плечами Рейно,- в любом случае мы вправе задать такой вопрос нашему союзнику и даже обязаны предусмотреть любые возможности.
- Если комендант осаждённой крепости начинает говорить о её возможной сдаче, то защитникам становится понятно, что её дни сочтены. Вы, конечно, в своём праве задавать подобные вопросы, просто я опасаюсь, что не согласные с вами парламентарии могут отправить ваше правительство в отставку, а шаг к деморализации страны уже будет сделан. Поэтому я прошу вас заручиться поддержкой вашего запроса хотя бы у лидеров парламента Жаннене, Манделя и Эррио, которые находятся в двух милях отсюда в Бриаре.
- Пожалуй вы правы,- глаза француза растерянно забегали по сторонам,- попробую связаться с ними.
В тесной гардеробной, где находится единственный телефон в замке, Рейно обступают военные.
- Это неслыханно, какое право он имеет вмешиваться в действия французского правительства?- брызжет слюной маршал Петен.
- Но его слова разумны,- растерянно бормочет премьер, сжимая в потной ладони телефонную трубку.