* * *
- Ну, что у вас, Василий Иванович?- постпред Деканозов, нервно расхаживающий по кабинету, замирает нетерпеливо глядя на входящего военного атташе Тупикова.
- Всё в порядке, Владимир Георгиевич,- улыбается он,- лично проверил: и из Генерального консульства, и из Торгпредства все документы полностью сожжены. Честно говоря, у меня глаза на лоб полезли, когда я увидел те кучи документов, что надо было сжечь. Не думал, что успеем. Вернее, наверняка бы не успели, если б не та печка-инсинератор, что прислали из Москвы. Не знал, что это целая наука, как добиться того, чтоб ни один обгорелый кусочек бумаги не остался целым. Думал, что дыму будет, ан нет - как от небольшого костерка...
- Лучше скажите, Василий Иванович, вы разобрались как печку эту из строя вывести?
- Да, разобрались. К печке идут специальные термитные шашки, пять минут - и от неё останется лужа расплавленного металла.
- Хорошо, хорошо,- нервно покусывает губы Деканозов, привычным движением проводя рукой по щеке,- только что получил сообщение с границы от пресс-атташе Лаврова - поезд с членами семей наших сотрудников уже пересёк границу. Думал не выпустят, но обошлось. Видимо по этому поводу меня на 10 часов утра вызывает на Вильгельмштрассе Риббентроп. Василий Иванович, остался лишь один вопрос: двое моих людей арестованы германской тайной полицией. Они должны были выполнить специальное задание в районе Цеезена, где находится...
- Крупнейший в Германии радиоцентр вещания за границу на коротких волнах,- кивает Тупиков.
- Именно так, Василий Иванович. Задание- исключительной важности. Нужна помощь военной разведки, помощь срочная, нет времени согласовывать её с Москвой. Я знаю, это идёт в разрез с нашими и вашими инструкциями, но ситуация сложилась действительно чрезвычайная...
- Говорите, что надо делать, Владимир Георгиевич.
- ... До нуля часов 18 мая необходимо разместить вот эти 'маячки',- полпред достаёт из ящика письменного стола три небольшие чёрные коробочки по периметру радиоцентра. Здесь такде имеется инструкция по установке. Надеюсь на вас, товарищ Тупиков. Всё, мне пора выезжать на встречу к Риббентропу.
* * *
- Не забудьте, Валентин Михайлович, сначала просто выслушиваем всё, что он хочет сказать,- шепчет Деканозов Бережкову, идущему рядом с ним по длинному коридору Министерства иностранных дел,- затем я выражаю протест по поводу задержания двух наших сотрудников посольства...
Оба вздрагивают от неожиданности, когда вдруг появившийся у них на пути чиновник в серо-зелёной министерской форме громко щёлкает каблуками и резко выбрасывает руку вперёд в фашистском приветствии:
- Господа, министр задерживается и просит вас немного обождать в его кабинете. Следуйте за мной.
Из ярко освещённого коридора дипломаты попадают в огромное тёмное помещение, в одном конце которого находится массивный письменный стол, а в другом - круглый стол с горящей пузатой лампой под высоким абажуром, окружённый стоящими в беспорядке креслами.
* * *
- Кто он такой этот Зонненберг, Эрнст?- Раздражённо бросает советник германского посольства в Москве Хильгер после четверти часа томительного ожидания.- Почему какой-то юнец, представитель химической промышленности, назначает нам свидание в 'бункере', а сам даже?...
- Успокойся, Густав,- прерывает его военный атташе и по совместительству резидент Абвера Кёстринг,- никакой он не химик, это Вальтер Шелленберг, помощник Гейдриха. О нём мало кто слыхал, но недавно его назначили заместителем начальником отдела внешней разведки Главного управления имперской безопасности, а на самом деле Шелленберг им руководит. Вчера я получил депешу от Адмирала, мне приказано исполнять все его приказания.
- ... Опять готовят покушение на Чаганова, как в 1937-ом?- Хмыкает Хильгер, но вглядываясь в суровое лицо генерала, подскакивает с места.- Я угадал, Эрнст?! Но это же безумие, это - казус белли!
- Война так и так скоро начнётся,- тяжело вздыхает он,- Адмирал, я уверен, от своей идеи уничтожить Чаганова не отступится, особенно после той бойни, что его охрана устроила в Стокгольме. Так что такой возможности не исключаю.
- Русские за Чаганова вздёрнут нас на виселице, Эрнст, и никто в мире их не осудит за это.
- Не вздёрнут,- морщится генерал,- просто обменяют на своих дипломатов в Берлине. Как говорят французы - на войне как на войне.
- Дожили, уже дипломатов берём в заложники, куда катится мир...
* * *
- А сколько всего самолётов противника противостоит нам в Южной Польше, товарищ Шкурин?- вновь назначенный командующий 1-ой воздушной армией генерал-лейтенант Горюнов, несмотря на свою плотную комплекцию, стремительно перекатывается от своего письменного стола и встаёт рядом с начальником штаба, вглядываясь в карту, висевшую на стене.