- Спасибо, экселенц.
Лондон, Даунинг стрит 10.
27 мая 1941 года, 12:00.
- Господа Военный Кабинет,- Черчилль кладёт короткую размятую скрутку сигары перед собой в хрустальную пепельницу и хитро прищуривается,- у меня есть для вас два сообщения - хорошее и плохое, с какого начать?
- С хорошего, с плохого, с хорошнго!- Вразнобой зазвучали голоса собравшихся. Премьер достаёт из деревянной коробки 'Ромео и Джульетта' очередную сигару, слюнявит её кончик и протыкает его толстой сигарной спичкой:
- С хорошего, так с хорошего. Хорошее сообщение о том, что мы снова после начала войны русских с германцами можем собираться здесь на Даунинг стрит, а не прятаться в подземелье...
Черчилль ждёт пока шум утихнет и чиркает спичкой:
- А плохое - что наше Объединённый разведывательный комитет жидко обделался в вопросе развития советско-германских отношений и их перспектив. Ми-5, Ми-6, Центр правительственной связи и военная разведка в своём докладе от 15 мая сего года в один голос утверждали, что главной целью Гитлера в 1941 году является разгром Соединённого Королевства. Отсюда делался вывод, что переброска германских войск к русской границе и ускоренное строительство дорог в Польше является дезинформацией с целью давления на Сталина в вопросе заключения более широкого и выгодного для германской стороны экономического соглашения. Все эти заключения делались на основе уменьшения количества германских войск на границе с Россией, хотя очевидной причиной этого для меня являлась революция в Белграде и связанные с ней события. Обращение Сталина с предостережением Гитлеру в конце апреля интерпретировалось Комитетом как дипломатические манёвры с целью заключения всё того же соглашения, но на более выгодных для России условиях. Прямое уведомление нас Сталиным о скором превентивном ударе по Гитлеру не только наша разведка, но и наши начальники штабов расценили как блеф, поскольку, по их мнению, такой удар приведёт русских к неизбежному и быстрому разгрому...
В комнате воцарилась абсолютная тишина.
- В мире сложилась ситуация,- лицо Черчилля скрывается в облаке табачного дыма,- которую не смогла себе вообразить ни одна из наших разведывательных служб. И это является очень серьёзным симптомом, на который мы не можем не реагировать. Надеюсь, что глава Комитета лорд Кавендиш-Бентинк сочтёт нужным принять необходимые кадровые решения. На мой взгляд разведывательному сообществу необходимо в корне поменять свой подход к России. На смену рисуемого ими до этого образа лидеров Советов, как отсталых недалёких простаков или, в лучшем случае, расчётливых эгоистов, должна прийти картина высоко развитых и умных противников, которые, если брать за критерий стратегию, политику, прозорливость и компетентность, ни в чём не уступают нам, а может быть даже в чём-то и превосходят. По крайней мере те события, которые мы сейчас наблюдаем на фронте в Польше, разительно отличаются от того, что происходило год назад во Франции, Бельгии и Голландии. Кстати, сегодня мне принесли сводку потерь авиации за 10 дней советско-германской войны. Вы знаете, что меня поразило? Меня поразило то, что Германия за этот срок потеряла больше двухмоторных бомбардировщиков, чем за три месяца в 'Битве за Британию'! Русские уничтожили их около 100 штук...
Премьер, посасывая сигару, терпеливо пережидает гул, возникший в комнате:
- - ... Кхм-кхм, русские своими стремительными военными ударами, либо откровенным запугиванием, сумели за короткий срок вывести из игры потенциальных военных союзников Гитлера -Турцию, Болгарию, Словакию, Венгрию и Румынию. Даже если затем Германии и удастся вернуть полный контроль над четырьмя последними странами, я очень сомневаюсь, что в итоге они решаться вступить в войну с Советами на стороне Гитлера. К чему это я всё говорю, господа? Уж точно не для того, чтобы заниматься самобичеванием. Очевидно, что нам придётся, как ни неприятно это звучит, уже сейчас менять лишь недавно принятую стратегию. Мы должны признать, что, скорее всего, русским по силам и в одиночку справиться с Гитлером, а, следовательно, в борьбе за Европу, необходимо всемерно ускорить подготовку нового экспедиционного корпуса для вторжения на материк. Ведь ставка на то, что 'сначала мы должны разрушить основания, на которых держится германская армия, - снабжающую её экономику, поддерживающий её моральный дух, поставки, которые её питают и надежды на победу, которые её вдохновляют', может и не сыграть. Схватка может закончиться слишком быстро. Хотелось бы услышать мнение Военного Кабинета по данному вопросу. Прошу вас, генерал Дилл.