- По-моему, товарищ Сталин, на первый вопрос о военном союзе Черчилль ответит Идену положительно, вот только на деле превратить его в работающий документ будет пока очень трудно. С его стороны на данном этапе всё сведётся к вялым бомбардировкам германских городов и помощью в проводке судов в наши порты. Никакого 'второго фронта' сейчас ждать не приходится. А вот по второму вопросу будет вежливое нет, потому что и Черчилль, и Рузвельт надеются, что к концу войны их военная мощь будет значительно превышать мощь Советского союза, который к тому же будет нуждаться в их помощи для восстановления своего хозяйства.
- Я рад, товарищ Чаганов, что мы мыслим одинаково,- кивает вождь,- отталкиваясь от этого, давайте и подумаем как нам расстроить планы империалистов. Вы присаживайтесь, а я с вашего разрешения закурю.
'Младший по званию высказывает свои соображения первым? О том, что столько раз нами с Олей обсуждено говорить легко и приятно'.
- Я думаю, товарищ Сталин, - без паузы начинаю я,- наши действия следует разделить на три временных этапа. Первый - будет включать в себя завершение оборонительных действий Красной Армии, подготовку к решительному наступлению по всему западному фронту и начало разгрома германской армии...
- Оборонительных?- удивлённо поднимает брови вождь.
- ... Именно так, товарищ Сталин. Несмотря на то, что мы и сейчас продолжаем наступать, задачи перед войсками стоят оборонительные - отбросить войска противника от наших границ и обеспечить тем самым перестройку на военный лад и бесперебойную работу народного хозяйства в условиях военного времени. Надо смотреть правде в глаза - месяц войны показал, что Красная Армия сейчас не способна разгромить германскую. Наши первоначальные успехи во многом являются преходящими из-за того, что нам удалось застать противника врасплох. Но ситуация меняется, немцы приходят в себя, их сопротивление нарастает, начинают всё сильнее проявляться наши недостатки в боевой подготовке, поэтому и растут наши потери, как в людях, так и в технике. Они возрастут ещё больше если мы будем продолжать подстегивать наши войска к наступлению любой ценой в надежде, что противник не выдержит простого навала и побежит. Этого не произойдёт, он не побежит. Чтобы противника победить его надо превзойти в выучке и уровне техники, если оставить в стороне боевой дух, с которым у нас нет проблем...
- Я так понимаю, товарищ Чаганов,- вождь сжимает побелевшими пальцами незажжённую трубку,- вы предлагаете перенести наше наступление на год, на весну 1942-го? Но ведь и у противника появится этот год чтобы прийти в себя и лучше подготовиться, не так ли?
- Всё правильно, товарищ Сталин, появится. Вот только фронт у противника будет шире нашего - вдобавок он будет вынужден держать войска на Балканах, воевать в Испании и оборонять побережье Франции. И всё это при почти полной блокаде с моря, в условиях недостатка продовольствия для населения и армии, недостатка топливных и прочих ресурсов для своей промышленности, в обстановке нарастания партизанской войны на оккупированных территориях. Мы же за этот год, опираясь на свои ресурсы и ресурсы союзников сможем совершить качественный скачок в вооружении и обучении нашей армии...
- Американцы будут помогать нам только в случае, если мы продолжим воевать с Гитлером,- вождь берёт в руки спички,- вы ведь, товарищ Чаганов, имели ввиду перемирие с Германией, когда говорили о переносе наступления на год, не так ли?
- ... Нет, товарищ Сталин, не перемирие. Я предлагаю отказаться то плана наступления Западного и Юго-Западного фронтов на Бреслау и дальше на Данциг и Кольберг с целью отсечения Восточной Пруссии от остальной Германии, который сейчас дорабатывается в Генеральном штабе. Мы сейчас подобную операцию на глубину 500-600 километров, оставляя в стороне все другие вопросы, не потянем в части тылового обеспечения наших войск - ни по транспорту, ни по горючему. Как показывает ход войны, сейчас 100-150 километров глубины операции - это наш максимум ...
- Но если сейчас дать противнику передышку,- вождь забывает о спичках в руках,- то за год он создаст такую линию оборону, что весной придётся брать её большой кровью...
- Которая всё равно не сравнится с катастрофой, которая может случиться в случае нашего ничем не обеспеченного наступления.
- Вы, товарищ Чаганов, как я посмотрю,- цедит сквозь зубы слова вождь, не мигая глядя мне прямо в глаза,- считаете себя в военных вопросах умнее нашего Генерального штаба? Думаете, что там не могут рассчитать сколько чего потребно для снабжения войск и как это в срок подать на фронт?