' С недавних пор супруга начала потихоньку покуривать, ну когда выпьет'.
- Далее,- вождь делает маленький глоток,- товарища Мальцеву Меркулов просит перевести к себе в НКГБ на должность начальника Иностранного отдела, ей будет поручен усилить работу по иностранным атомным программам...
'Мне ничего не сказала, хотя с ней наверняка беседовали об этом раньше. Симптом, однако'.
- ... В вашей записке, товарищ Чаганов, вы предполагаете пройти путь от начала строительства завода-наработчика плутония до готового к применению боеприпаса за пять лет. Однако в связи с изменившейся международной обстановкой, возможно, нам придётся сократить этот срок до трёх. Научно-техническому совету Спецкомитета следует предусмотреть такую возможность...
На приставном столике раздаётся звонок 'вертушки'.
- Прошу прощения, товарищ Сталин, возможно это звонят о дешифровке.
Вождь кивает, глядя на меня вопросительно пока я слушаю доклад, затем не выдерживает:
- Ну что там, есть дешифровка?
- Только что по 'Би-би-си' передали - в Берлине час назад было совершено покушение на Гитлера, о его состоянии пока ничего не известно.
Бискайский залив у побережья Испании.
16 июня 1941 года, 17:15.
Пройдя несколько километров над облаками, неуклюжий Ю-52, вновь задрожав всем корпусом, резко ныряет в их пучину. Сзади снова раздаются звуки собачьих рвотных спазмов.
'Бедный Чарли',- вздыхает Канарис, глядя через плечо как рыжая такса пытается 'зарыть' желчное пятно в подстилку.
- Капитан просит его извинить, господин адмирал,- в проходе появляется радист с листком бумаги в руках,- нам передали, что неподалёку зафиксированы переговоры английских истребителей, поэтому весь оставшийся путь над морем нам придётся идти в облаках. А это радиограмма для вас.
Канарис быстро пробегает ничего не значащий для него текст радиограммы, отпечатанный на печатающем устройстве 'Энигмы', глаз цепляется лишь за условную фразу в самом конце: 'Да поможет нам бог! Роммель'.
'Значит фюрер не пострадал'...
- С вами всё хорошо, господин адмирал?- тревожится радист, глядя как вдруг мертвецки белеет лицо Канариса.
- Я в порядке, лейтенант,- быстро справляется с собой он,- мне надо срочно поговорить с капитаном. Пригасите его сюда немедленно, как только у него появится такая возможность.
'В случае смерти или ранения Гитлера было бы - 'генерал-лейтенант Роммель'. Всё, теперь назад дороги нет, жизнь делает крутой поворот'... - Капитан,- в голосе Канариса зазвучали металлические нотки,- я только что получил условный сигнал о начале операции 'Изабелла'. Меняется ваш пункт назначения - вместо Севильи вы летите в Лиссабон, посадка в аэропорту 'Кампо' в Альверке...
- Но, господин адмирал, я не имею право на основе устного приказа...
- Вы сейчас же под роспись получите у моего адъютанта письменный приказ, подписанный начальником штаба Люфтваффе о том, что вы переходите в моё полное подчинение. С этой минуты корабль летит в режиме полного радиомолчания, радисту запрещается выходить в эфир даже для подтверждения приёма радиограмм...
- В таком случае, господин адмирал, мы не сможем дешифровать принимаемую радиограмму, так как операторы 'Энигмы' должны в начале сеанса обменяться специальными кодами.
- Я понимаю это, капитан, нj это приказ. Обмениваться радиограммами вы сможете только после посадки в Лиссабоне и то после моего разрешения.
* * *
- Капитан,- несмотря на страшную жару и высокую влажность, Канарис одетый в чёрный костюм-тройку у выходного люка строгим голосом отдаёт распоряжения,- самолёт должен быть готов к вылету в 6 утра завтра. Свяжитесь с аэропортом Севилья, согласуйте время прилёта и маршрут...
- Но, господин адмирал,- волнуется тот,- перед вылетом по правилам необходимо полностью заправиться, а поскольку посадка в Лиссабоне не была запланирована, то мы не делали заявку португальским властям...
- Попытайтесь договориться, если не получится, звоните в посольство,- через плечо раздражённо бросает он, ступая на трап.
- Господин адмирал,- сбоку возникает начальник охраны и адъютант с дрожащей таксой на поводке,- пожалуйста, возьмите Чарли. Я думаю, что лицам с дипломатическим паспортом отношение будет снисходительнее. В прошлый раз в Испании у меня спрашивали справку от ветеринара.
- Вы правы, Гюнтер, давайте тогда и ваш портфель, - кивает Канарис, принимая поводок, и переводя взгляд на охранника,- я помню, буду ожидать пока вы пройдёте досмотр внутри помещения таможни.
- Сеньор Шмидт?- Офицер пограничной стражи одним глазом внимательно рассматривает паспорт, другой останавливается на собаке, жмущейся к ногам хозяина.