- Откуда, Алексей, у тебя такое неверие в нашу молодёжь?- Хмурится Сталин, открывая коробку 'Герцеговины флор'.
- У меня, товарищ Сталин, есть уверенность в нашем противнике. Увидев, что вариант с силовым решением в отношении нашей страны не проходит, он неизбежно переключится на войну духовно-психологическую, в которой большой мастер. С начала века общественная наука США ведёт интенсивные исследования в области разработки методов воздействия на массовое сознание, посредством манипулятивной семантики, психоанализа и бихевиоризма. Американские обществоведы считают, что эти методы более перспективны, чем грубое силовое подавление населения...
- Би-хе-ви-? - Морщится вождь.
- Бихевиоризм, товарищ Сталин, раздел психологии, который изучает поведение человека. В отличие от психоанализа бихевиористы рассматривают поведение человека как исключительно функцию внешних воздействий.
- Что такое семантика я примерно представляю,- вождь кивает на стоящий рядом стул, приглашая сесть,- это наука о смысле слов. Тогда манипулятивная семантика - это намеренное искажение слов, верно?
- Верно, товарищ Сталин, намеренная подмена смысла слов и понятий.
- Хорошо,- вождь вспоминает о папиросе и чиркает спичкой,- допустим, что американцы добились некоторых успехов в науках по одурманиванию своих граждан, но каким образом, Алексей, они смогут применить это своё знание у нас в Советском союзе? Доступа к нашему радио, кино, книгам, газетам они не имеют и получить не смогут, впрочем, как и мы к их.
- К проводному радио, товарищ Сталин, беспроводное вещание нейтрализовать будет значительно труднее. Война закончится - приёмники населению вернутся в дома граждан. Полностью воспрепятствовать проникновению западной литературы также вряд ли возможно, появятся тысячи новых путей для её проникновения через советских граждан, служащих и работающих за границей.
- В ответ мы просто усилим свою пропаганду,- вождь встаёт, подходит к окну и открывает форточку,- соответствующие органы активизируют борьбу с доставкой и распространением враждебной литературы.
- Если проводить аналогию с медициной, товарищ Сталин, то вы предлагаете карантин, как средство борьбы с инфекцией, которую распространяют наши враги. Однако давно известно другое, более действенное средство - создание вакцины для приобретения иммунитета к заразе. Или если говорить военным языком - выбираете глухую оборону вместо обороны подвижной с переходом в наступление...
- Даже так, наступление,- ехидно хмыкает вождь,- как я понимаю, ты уже разведал врага, знаешь где его уязвимые точки.
- До недавнего времени не знал, товарищ Сталин. Но недавно прочёл одну работу Антонио Грамши...
- Антонио Грамши?- Брови вождя подскакивают вверх.- Один из создателей Итальянской Коммунистической партии, что несколько лет назад умер в тюрьме?
- ... Да, он. Грамши умер в 1937-ом через несколько дней после того, как вышел из тюрьмы. Татьяне Шухт, которая в конце прошлого года приехала в СССР, удалось вывезти из Италии его записи, над ними он много лет работал в заключении.
- Шухт?- Морщит лоб вождь.- Помню у Ильича секретарём была некая Шухт...
- Это Юлия Шухт, жена Грамши, которая давно живёт в Союзе, а Татьяна - её старшая сестра. Как мне она рассказала - Татьяна Шухт сейчас работает в библиотеке Спецкомитета - Институт Маркса-Энгельса-Ленина не заинтересовался сочинениями Грамши и не принял в свои фонды рукописи. Я же как раз в то время занимался улучшением своего итальянского и прочёл одну из тюремных тетрадок Грамши. В ней он разбирал вопрос, поднятый Макиавелли в книге 'Государь' о том, что всякая власть держится на 'силе и согласии'...
- Любопытно,- в глазах вождя появляется интерес.
- ... Так вот, товарищ Сталин,- оживляюсь и я,- Грамши уточняет, что это согласие должно быть активным. Он говорит, что если население поддерживает политическую систему лишь пассивно, то этого достаточно, чтобы организованные заинтересованные силы - а они всегда есть за рубежом, да и у нас в стране - попытались сменить строй и политическую систему...
'Проверено на собственной шкуре,- замечаю скептическую усмешку, проскочившую на лице вождя,- в начале 90-х массовое сознание населения СССР не было антисоветским. Люди желали, чтобы устои советского строя были сохранены, но желание это было пассивным. В итоге они позволили кучке отщепенцев разрушить страну и обобрать себя до нитки'.