'Пожалуй и нам не надо мудрствовать лукаво, очищенный керосин, ОК - бюджетно и стильно',- стою у окна, пью 'Нарзан' и смотрю на зубцы Кремлёвской стены.
ГСПИ, Государственный Специализированный Проектный Институт, казалось бы, может теперь приступать к проектированию завода 'Б', но дело в том, что забуксовало решение по месту строительства. Площадка могла быть выбрана только с учётом выбора технологии реактора-наработчика плутония. В случае реактора с водяным охлаждением идеальным было бы место относительно высокой плотностью населения неподалёку от Челябинска, в случае воздушного охлаждения, а следовательно с большим выбросом в воздух радиоактивности, пришлось бы строить много севернее, по крайней мере в 300-х километрах от Свердловска.
Выбор места центра атомной промышленности дело не простое, надо взвесить много разных факторов. Самое простое поступить так, как поступили специалисты в моей истории, положившись на их знания и ум и сделав выбор в пользу Челябинска-40. Но в новой реальности уже есть отличия от старой: в посёлке Петропавловский, недавно переименованном в город Североуральск, заканчивается строительство крупной тепловой электростанции и алюминиевого завода. Соответственно обновлена и расширена до двухпутной железная дорога, построено жильё для работников завода и строителей. Неподалёку от Североуральска на богатой реками и озёрами малонаселённой территории, находящейся на границы тайги и тундры, не составит труда найти подходящую площадку для города атомщиков.
- А где я возьму для тебя, Чаганов, фонды и рабочих для строительства в такой глуши?- резонно спросит меня Вознесенский.
'А может быть и не спросит... просто получит постановление ГОКО о начале строительства и примется его исполнять. Надеюсь всё же, что это не произойдёт так быстро, как в моей истории. Всё таки в отличие от неё, 'благодаря моему чуткому руководству', на текущий момент вся добытая в мире урановая руда находится в СССР. И та, что лежала много лет без дела в Бельгийском Конго, и та, что была перевезена из колонии в метрополию, а затем попала как трофей Гитлеру. Собственно Гитлер и начал тогда 'атомную гонку' фактом вывоза двух тысяч тонн бельгийского урана в Германию, всполошив этим бежавших за океан физиков... Но в той истории США в кратчайшие сроки сумели заполучить 30 тысяч тонн богатейшей урановой руды из Конго, а сейчас им ещё предстоит её добыть, предварительно разведав месторождения. То же самое касается и Гитлера... хотя не факт, что у него первого возникнет такое желание. Хм, интересная ситуация возникла: Ни в Америке, ни в Англии, ни в Германии сейчас урана для Бомбы нет, то есть, и нет и взаимной ядерной угрозы. А с другой стороны, если даже это троица узнает, что весь уран находится в России, то вряд ли будет расценивать это как непосредственную угрозу себе... Не высоко они о нас мнения, чтобы опасаться советской атомной бомбы. Скорее всего решат, что Советы собрались лакокрасочное производство развивать... Хотя американцы, узнав где Чаганов порылся, могут попытаться надавить на нас, поставив продажу им нашего урана одним из условий взаимной торговли... Ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения. Сейчас мне, как главе Спецкомитета, надлежит сосредоточиться на другом: пользуясь послезнанием, задать нужное направление развития советской атомной промышленности. А если конкретнее, то определиться с типом реактора-наработчика плутония'.
Вздыхаю и возвращаюсь к столу, заваленному бумагами, тяну из кипы очередной листок и нарочно начинаю вслух проговаривать текст, чтобы отвлечься от реактора:
- Тяжёлый быстроходный артиллерийский тягач М-4... мотор 6 цилиндров, мощность 225 лошадиных сил... полузакрытая кабина на 11 человек, грузовой отделение для размещения боеприпасов до 3 тонн. Для увеличения проходимости снабжен лебёдкой на 14 тонн, масса прицепа тоже 14 тонн... Тяжёлый и быстрый - максимальная скорость 40 километров в час...
Рука машинально выводит 'оплатить', а мысли вновь скатываются к реактору.
Авария, произошедшая в 1957-ом в 'Уиндскейле'- главный аргумент, который заставляет сомневаться в правильности 'воздушного' выбора. Заложенный в конструкцию реактора принцип охлаждения предписывал его работу при сравнительно низких температурах до 150 градусов. Делалось это для того, чтобы избежать взаимодействия топлива и элементов конструкции реактора с кислородом воздуха при более высоких температурах, при которых увеличивалась вероятность возгорания урана в случае разгерметизации топливного элемента. Уже тогда при проектировании реактора было известно, что в кристаллической решётке графита, который служит замедлителем нейтронов, при возрастании нейтронного потока начинают накапливаться дефекты, которые ведут к деформации графита, а, попросту сказать, к его 'распуханию'.