- Хорошо,- сухо бросает вождь, не взглянув на меня,- но вам, товарищ Берия, придётся взять на себя обеспечение режима на строительстве Челябинска-40.
'А вот теперь уже не уверен, что это Олина инициатива. Может статься, что вождь просто хочет отобрать у Спецкомитета функцию охраны, чтобы тот не превратился в государство в государстве. Теперь ВОХР, в который Оля тщательно подбирала преданных людей, уйдёт в НКВД к Берии'.
Глава 11.
Берлин, Рейхсканцелярия,
Кабинет Гитлера.
17 мая 1941 года, 09:20.
- Мой фюрер,- белая кожа низкого кресла скрипит под Канарисом в такт словам, которые он с видимым трудом выдавливает из себя,- есть серьёзные основания полагать, что 'Приказ Барбаросса' попал к русским.
- Что?! Как это попал?- взвивается Гитлер и подается вперёд к сидящему перед ним адмиралу, нависая над пустым письменным столом.
- По информации от нашего лучшего агента в России,- в голосе Канариса слышатся упрямые нотки,- который имеет хорошие связи в Генеральном штабе, примерно четыре недели назад русские получили полный текст 'Приказа Барбаросса', включая приложения. Агент 'Клаус' в донесении в Центр приводит два больших отрывка из него довольно близко к тексту, в которых содержатся разделы: 'Замысел', 'Переброска войск' и 'Сохранение тайны'.
Побелевший Гитлер замирает, незряче глядя поверх адмирала на висящий на противоположной стене над камином портрет Фридриха Барбароссы. Постояв несколько секунд, он со стоном обессиленно валится назад.
- Аристократы... тупая упрямая каста,- едва слышно шипит фюрер, съёжившись в кресле,- их невозможно подчинить, их можно только уничтожить...
В кабинет, услышав выкрики фюрера, встревоженно заглядывают адъютанты.
- Кейтеля, Йодля и Гейдриха сюда, быстро,- встрепенувшись, кричит Гитлер, его бегающий взгляд останавливается на адмирале,- Канарис, кто-то ещё знает об этом вашем агенте и его сообщении?
- Только вы и я, мой фюрер, если не считать шифровальщика, куратора 'Клауса' и начальника Восточного отдела.
Гитлер кивает и замолкает на долго, шрам на его щеке, оставшийся после покушения, бледнеет, лицо становится каменным, лишь изредка на губах проскальзывает мстительная улыбка.
* * *
- Что скажете, Йодль,- Гитлер нетерпеливо постукивает карандашом по ребру столешницы, глядя на начальника штаба ОКВ, вновь начавшего перечитывать сообщение агента Абвера,- можно ли сузить круг подозреваемых откуда произошла 'утечка'?
- Безусловно, мой фюрер,- отрывает глаза от бумаги тот,- во-первых, весьма вероятно, что 'утечка' произошла в командовании Сухопутных войск, а не у нас в Верховном командовании. На это указывает то, что противнику стала известна именно директива ОКХ, а также приложение с графиком переброски на Восток сухопутных войск. Во-вторых, наличие у противника текста с разделами 'Общие задачи', 'Замысел операции' и 'Задачи групп армий и армий' позволяет ограничить источник высшим руководством Сухопутных войск: офицерами Генерального штаба, командующими и начальниками штабов Групп армий и армий, поскольку командованию, начиная с корпусов и ниже содержание первых двух разделов не доводилось. Таким образом, время появления у противника текста 'Приказа Барбаросса' - 'четыре недели назад', то есть, когда он стал известен в армейских корпусах и дивизиях, не релевантно, поэтому подозрения с последних двух категорий можно снять. Искать предателя надо именно среди высшего командования, мой фюрер, это примерно около 30 человек.
- Я не могу обезглавить всю армию, Йодль,- Гитлер раздражённо бросает карандаш на стол,- которая через четыре недели собирается вступить в войну, необходимо сузить круг подозреваемых. Гейдрих, у вас есть какие-то соображения как это сделать?
- Мой фюрер, для того чтобы сузить круг подозреваемых,- Гейдрих помимо своей воли скашивает глаз на свой новый серебряный с дубовыми листьями погон рейхсфюрера,- мы должны иметь возможность допросить их всех. И сделать это надо срочно, буквально сегодня-завтра. Чем дольше гуляет на свободе предатель, тем больший ущерб он может нанести рейху. В конце концов, сами генералы заинтересованы в его поимке не меньше нас, не так ли?...
- Однако и исключать сговор нескольких лиц тоже нельзя,- пускает 'петуха' Гитлер, сжимая кулаки.
- ... Так точно, мой фюрер, я думаю их следует допросить их раздельно, вызвав в Берлин по не вызывающему подозрения поводу.
- Этот повод должен быть к тому же веским,- кивает Гитлер,- чтобы у них не было повода отказаться от поездки. Кейтель, они продолжают бомбардировать вас своими докладами о концентрации русских войск на границе?