– Сколько им идти до башни?
– Три дня, сир.
Король задумчиво расчесал бороду пятерней.
– Нет, – сказал он. – Не успеем. Если Сигмон не сможет завершить начатое, то все пойдет прахом. Дарелен воспрянет, получит нового правителя и станет сильнее, чем раньше. И непременно атакует нас, пользуясь тем, что наш запад открыт. Прах и пепел! Все держится на волоске. Тарим и Волдер подтянули войска к нашим границам. Наша армия занимает позиции и готова к удару. Но если сейчас враги узнают, что Дарелен нас атаковал, они тотчас нападут.
– Да, сир, – согласился граф. – Сейчас все зависит от Сигмона. Судьба нашего королевства, а возможно, и всего того мира, что мы знаем. Как изменится мир после поражения тана, невозможно даже предположить.
– Черные колдуны Волдера захватят Ривастан, – мрачно предрек король. – И войдут в союз с вампирами. Эти подлецы стоят друг друга. Это будет конец всего, что мы знаем и любим. Мир – склеп. Мир – могила.
– Да, сир.
– Что ты дакаешь! – раздраженно бросил король. – Подумай лучше, как помочь тану.
– Уже подумал, сир. Есть один ход, что я приберегал на крайний случай. Мне кажется, сейчас такое время настало.
– Ну, – сказал король. – Что тебе нужно? Войско? Денег? Магов? Проклятье, у меня сейчас почти ничего нет, все силы брошены на восток!
– Мне нужно три дня, сир, – отозвался Эрмин.
– Три дня? – удивился Геордор. – Зачем?
– Милорд, – сказал граф. – Покорнейше прошу отпустить меня из замка на три дня.
Король прикрыл глаза и тяжело вздохнул.
– Эр, – тихо сказал он. – За это время ты не доберешься до Дарелена и до той проклятой башни.
– Доберусь.
– Ты не можешь взвалить все это на свои плечи, – шепнул король. – Ты нужен мне здесь. Твои глаза, твои уши, твоя информация...
– Ставки слишком высоки, Геор, – так же тихо отозвался граф. – Я должен помочь Сигмону. И никто, кроме меня, не сможет этого сделать.
– Но Эр...
– Быть может, для этого ты и вытащил мальчишку из лап озверевших магов, хотя и сам об этом не знал. Именно для того, чтобы решить эту задачку, здесь и сейчас.
Король не ответил. Эрмин знал, что Геордор обдумывает сложившееся положение, прикидывает и так и эдак, что можно сделать. Острый ум монарха мог решить любую задачу. Эрмин знал – справится и с этой. И ответ совпадет с его собственным.
– Хорошо, – вздохнул король. – Делай так, как хочешь. Но если попадешь в лапы упырям, то не вздумай явиться ко мне в спальню ночью сверкая клыками.
– Да, сир, – покорно отозвался граф. – Пожалуй, сначала я навещу коллегию магов.
Король обнял советника, прижал к себе и поцеловал в макушку, как сына.
– Иди, – сказал он. – Иди, Эр.
Граф коротко поклонился и растворился в темноте. Король промокнул рукавом глаза и замер.
– Эр? – с тревогой позвал он. – Прах тебя возьми! Как отсюда выбраться?
За спиной короля бесшумно появился светлый проем двери, ведущей в коридор. Геордор покачал головой, повернулся и пошел к свету, пытаясь на ходу вытащить из бороды остатки паутины. У него своя работа. Обед с гернийским послом никто не отменял.
Черепица неприятно холодила босые ступни. Эрмин переступил с ноги на ногу и в сотый раз пожалел, что не дождался полуночи. Вечер окутал столицу тяжелыми сумерками, укрывая башни замка от чужих взглядов, но наверняка найдется тот, кто окажется поблизости и увидит то, что видеть ему не положено. Но граф больше не мог ждать, ни единого часа, ни единой минуты. После разговора с королем он отправился на знакомый чердак и начал собираться в дорогу. На самом деле все давно было готово, и граф просто перекладывал вещи с места на место, чтобы время до сумерек прошло быстрее. Он едва дождался заката – неукротимая жажда действий горела в сердце костром, подгоняя, подбадривая, заставляя с досадой поглядывать в темнеющее небо. Наконец Эрмин решил, что ждал достаточно и вышел на крышу башни. Но здесь, на самом краю, он остановился. На миг ему показалось, что он все делает неправильно. Что нужно все изменить, пока не поздно. Неприятный холодок появился в груди и начал подбираться к сердцу. Эрмин вздрогнул и приказал себе больше не думать о неудаче. У него есть план. И он должен следовать ему, что бы ни случилось. Быть может, это его предназначение, быть может, это его судьба. И он должен принять ее как должное, как расплату за то, что много лет назад парнишка, прыгнувший с башни магов, скатился по ветвям дерева и остался жив.
Граф отвел взгляд от зыбких огоньков вечерней столицы и взглянул на себя. Легкая холщовая рубашка, простые домотканные штаны. И больше ничего. Осталась только одна вещь.
Нагнувшись, советник открыл длинный кофр, что стоял у его ног. Там, на черном бархате, покоился старый меч. Обычный полуторник, ничем не украшенный, весь покрытый черной сажей. На вид он выглядел обычной железкой, подобранной с полу кузни. Но внимательный взгляд сразу замечал, что сквозь грязь на клинке проступает старый эльфийский узор.
Граф осторожно достал меч из кофра. Стараясь не касаться лезвия, крепко примотал кожаный ремешок к рукояти так, чтобы получилась большая петля. Де Грилл накинул ее на плечо, и меч закачался на боку, словно на перевязи. Вот и все. Дороги назад нет.
Раскинув руки, Эрмин застыл на краю крыши. Закрыв глаза, он прислушался к ветру, терзающему старый жестяной флюгер на шпиле башни. А потом он услышал шелест крыльев. Десятки, сотни крыльев. Шум нарастал и скоро превратился в мягкий рокот водопада, низвергающегося с небес на крышу королевского замка. Тогда граф открыл глаза – круглые, желтые, с вертикальным зрачком – и шагнул в пустоту.
На краткий миг он повис в воздухе. Ветер швырнул его легкое тело в сторону, к верхушкам деревьев королевского сада, и Эрмину на миг показалось, что он летит. Но тяжелый клинок тащил вниз, к земле, и он понял, что сейчас давняя история повторится, вот только вряд ли ему повезет на этот раз. Страх пронзил грудь ледяной стрелой, граф крепко зажмурился и взмахнул руками, словно крыльями.
Сотни когтей впились в его тело. Они пробивали тонкую рубаху и штаны, царапали кожу до крови. Но Эрмин терпел, сжав зубы. Если ничего не выйдет, то эта боль покажется ему пустяком. Ведь внизу его ждут гладкие камни королевского двора...
Рубаха натянулась и пошла вверх вместе с невесомым Эрмином. Граф не вымолвил ни слова, лишь шумно выдохнул. Он снова взмахнул руками и почувствовал, что поднимается в темное небо, нависшее над столицей Ривастана. Его несли птицы, но сейчас Эрмину казалось, что он летит сам, так, как всегда мечтал – вверх, в темное небо, над крышами домов, поднимаясь выше башен... Летит.
Он поднимался все выше и выше, оставляя внизу жадные камни мостовой, что и на этот раз упустили свою жертву. Он летел на запад, прямо в закат. В сторону Дарелена.
Глава 6. ПОСЛЕДНЯЯ БАШНЯ
Близилась полночь. Лесная чаща утопала во тьме, скрывая свои тайны от людей, посмевших нарушить покой древнего леса. Ополовиненная луна, напоминавшая надкушенный круг незрелого сыра, висела в безоблачном небе одиноким фонарем. Светила она ярко, но у подножья лесных великанов чернильными кляксами лежала тьма. И все же люди шли вперед, не останавливаясь ни на миг. Ровно, уверенно, след в след – не тратя попусту силы, но и не медля. Точно так же шли и в прошлую ночь, и в позапрошлую, ведомые вампиром, что страшился солнечного света. Но сегодня они спешили. Знали, что к исходу ночи должны дойти до башни. Сегодня – или никогда.
Первым уверенно вышагивал Мираль. Он прекрасно видел в темноте и торил путь всему отряду. Следом, дыша упырю в затылок, шел Дарион. Маг плохо видел в темноте, но зато держал наготове свой посох, готовый взорваться убийственным пламенем. Он был готов в любой момент упокоить кровососа, если тому вздумается показать норов – на поясе упыря по-прежнему висел клинок, лишивший головы Ирма. Никто не собирался обезоруживать Мираля, в отряде каждый меч на счету, а меч Риго – наследный клинок графов Дарелена – остался в замке, вместе с железным венцом.