— Ты меня подозреваешь, Жора? Знаешь, мне надоело все это! — Громко хлопнув дверью, Лера ушла из кухни.
Епифанов торопливо вытер руки полотенцем, пошел за ней в спальню.
— Лера, это не шуточки! Я тебя предупреждаю! У нас дочка растет, не стоит ее травмировать. Ты должна все честно рассказать мне, пусть все будет цивилизованно.
— Мне нечего тебе рассказывать!
— Значит, не хочешь?
— Я уже сказала.
— Ну, смотри! Отправишься в свой Оренбург! Я тебе устрою это, можешь не сомневаться! — закричал Епифанов.
— Ты угрожаешь мне?! — возмутилась Лера. — Как ты смеешь говорить в таком тоне? Я… я ни в чем не виновата перед тобой! Не смей так говорить! А то сам поедешь отсюда!
— Ладно, там видно будет, кто куда поедет, — сказал Епифанов и выбежал из спальни.
Лера упала на кровать и заплакала, уткнувшись лицом в покрывало. Конечно, она сама виновата, но разве можно говорить ей такое — отправишься в свой Оренбург? Неужели она заслужила эти слова? Готовила, старалась… А он приехал раньше времени и стал орать… Дурак!
Епифанов вернулся на кухню, растерянно огляделся, будто где-то здесь мог скрываться виновник всех его неприятностей. Никого не было, но кухня все равно казалась чужой, как и вся эта квартира. Неуютная, холодная… Зря он сказал, что отправит ее в Оренбург, это неприлично, нервы, нервы… На пределе. Нужно что-то сделать, но что? Для начала выпить. Вот это дельная мысль, а иначе — как все это вытерпеть?
В баре стояла бутылка «Хеннесси», и в ней еще плескался дорогой коньяк. Епифанов взял ее и пошел в свой кабинет. Там плеснул в фужер граммов сто коньяка, залпом выпил. Легче не стало. Умники говорят, что в стрессовых ситуациях не следует пить: только усугубишь свое состояние. А они хоть раз были в такой вот ситуации, эти долбаные умники? Вот когда побывают, другое запоют! И он по новой наполнил фужер.
Зеленин сидел один в офисе. Всех отпустил домой, даже секретаршу, потому что дело было очень уж личное. Более личного не бывает. И опасное. Если клиенты узнают, что у него увел жену какой-то шакал, это отразится на бизнесе. Как человек может решать чужие сложные проблемы, если свои личные не решил? Все просто и понятно.
Внешне он казался совершенно спокойным, хотя в душе творилось черт знает что. Телефон включил на громкую связь, дабы не хватать каждый раз трубку.
— Але, босс? Игорь. Людмила Сергеевна едет по направлению к дому. Следую за ней. Провожать до упора?
— Да. Позвонишь от моего подъезда.
Сволочь он, этот Епифанов, у него на хате Людка встречалась с каким-то говнюком! Может, сам и ни при чем тут, жена все устроила, сучка, вдвоем обслуживали рыжего ублюдка, но это дела не меняет. Ответишь за свою сучку, мудак! Сбила с панталыку Людку, уговорила участвовать в оргиях, падла! Все ответите за эти дела, все!
— Але, Дима, это Михаил. Мы на Ленинском проспекте, следуем за тачкой, которую взял рыжий. «Шестерка» зеленого цвета. Сидим на хвосте.
— Понял. Номер машины?
— Ща, присмотрюсь… Записывай.
— Я запомню. Нормально. Не торопись, когда «шестерку» тормознут. Проедешь вперед, остановишься. Дальше скажу, что делать.
— Понял.
Зеленин выключил связь, быстро набрал телефонный номер:
— Саша, привет, Зеленин тебя беспокоит.
— Дима? Как живешь?
— Нормально. Саша, по Ленинскому тащится зеленая «шестерка» с пассажиром, нужно тормознуть, выяснить личность пассажира. Запиши номер… Записал? Возможно, пассажир причастен к одному серьезному делу, ты узнай, кто такой, где живет. «Заряди» своих орлов на постах. Думаешь, он опасен?
— Пока нет. С меня двойной… коньяк, Саша.
— Спасибо за ценную информацию, Дима. Сделаю. Тебе перезвонить в офис? Или домой поедешь?
— В офисе подожду. Спасибо, Саша. Зеленин откинулся на спинку кресла, увлажнил кончиком языка пересохшие губы. Очень скоро пост ГАИ остановит зеленую «шестерку», личность рыжего мужика станет известной. Что делать с ним дальше… ну вот тогда и можно будет об этом думать. Если важная птица, нужен подход, если нет — пусть на себя обижается и проклинает тот час, когда лукнулся на Людку. Падла!
А она — просто тупая телка. И ведь не красавица, не бог весть что. Познакомились, думал — пару, от силы тройку ночей покувыркается с ней и пошлет… А оно вон как получилось — притянула, будто магнит, не оторваться! Пришлось жениться, чтобы удержать. Думал, еще лучше будет, а получилось наоборот. Чем больше старался для нее, тем хуже она относилась к нему. Но хотелось вернуть ту, которая так поразила его, больше старался… А семейная жизнь становилась все хуже и хуже. Тогда стал суровым и жестким, надеясь, что это испугает ее, — ни хрена подобного! Теперь даже разговаривать с ним не хочет! Ну прямо невероятная загадка! И уже вон до чего дело дошло. С рыжим козлом встречается на хате у Епифанова, падлы! За такие дела отвечать нужно. Все ответят! И Людка. К едрене фене такую бабу! Хотя… если станет прежней — может, и простит. Дура она, и все дела. Связалась с этой сучкой Епифановой…