Мое сердце заколотилось, когда я попыталась снова, вытянув еще больше первобытной сущности и еще сильнее вдавив ее в дракена.
Произошло то же самое, скатившись с него.
С другой стороны появился Киеран, касаясь шеи дракена. Его взгляд поднялся к моему.
— Он ушел.
Я втянула воздух.
— Я могу вернуть его. Так же, как сделала это с той девочкой. Мне просто нужно постараться.
— Ты не можешь. — Хриплый голос заставил меня вздрогнуть. Глаза Киерана переместились мимо меня туда, где, должно быть, стоял Ривер в своей смертной форме. — Ты можешь исцелять, но как только душа разделит существо двух миров, ты не сможешь восстановить жизнь.
Киеран качнулся назад, быстро моргая, и повернул голову к другому обрушенному шатру. Туда, где воины и вольвены собрались в многочисленные группы вокруг…
Снова раздался мучительный, воющий зов.
— Нет. — Я повернулась к Риверу и начала подниматься. — Я могу попробовать с другими.
— Нет, не можешь. — Ривер стоял на коленях у ног поверженного дракена, склонив голову.
— Почему нет? — крикнула я, гнев и неверие схлестнулись воедино. Мое сердце колотилось, дыхание было тяжелым.
— Только Первородная Жизни может вернуть жизнь любому существу двух миров. — В его словах прозвучала окончательная точка, как удар по нутру. — Их больше нет.
Их больше нет.
Я смотрела на Ривера, пока эти два слова повторялись снова и снова. Только трое приземлились, присоединившись к Риверу. Это означало…
Меня пронзила дрожь. В воздухе находилось шестнадцать. Шестнадцать дракенов, которые только что пробудились после того, как боги знают сколько времени не делали ничего, кроме как умерли?
Мои руки раскрылись и сомкнулись, пока я медленно кружилась по кругу.
— Мне жаль. Мне так жаль.
— Это не твоя вина, — вставая, возразил Киеран.
Но я пробудила их. Я привела их сюда. Они последовали за мной…
Все, что ты и те, кто последует за тобой, найдут здесь — это смерть.
Я стояла на дрожащих ногах, глаза и горло горели, когда я увидела трещины в земле, некоторые тонкие, а другие достаточно большие, чтобы споткнуться. Трещины расходились по земле, как хрупкая паутина, и продолжались вдоль стен поместья. На крыше не было никаких повреждений, которые я могла бы увидеть в лунном свете. Казалось, что ни одна стрела света не пронзила ее.
Медленно я повернулась к тому месту, где стояли Нейл и несколько солдат, глядя за пределы рухнувших палаток. По коже пробежал холодок, и я проследила за их взглядом. За пределами лагеря сосны больше не тянулись к звездам. Деревья и тяжелые, игольчатые ветви были наклонены вперед, касаясь земли. Казалось, что на них опустилась огромная рука, заставляя их склониться. Я посмотрела на Киерана.
— Я не знаю, что это вызвало. — Он провел рукой по лицу. — Я никогда не видел ничего подобного раньше.
— Но мы это чувствовали, — произнес Нейл, его янтарные глаза ярко блестели. — После того, как этот ублюдок, Невидимый, пытался убить тебя, а Кас держал тебя в той хижине. Это случилось, когда ты проснулась, — сказал он нам, и я вспомнила, что видела деревья за пределами хижины. Они тоже были придавлены к земле. — Такой же шторм случился, когда ты вознеслась в божество.
— Это была не буря, — сказал Ривер, и я повернулась к нему. — Это было… пробуждение.
— Чего? — спросила я.
Он поднял голову, и его глаза… они не были такими, как раньше. Они по-прежнему были яркого голубого цвета, но зрачки были тонкими, вертикальными щелями.
— Смерти.
Все мое тело дернулось, когда ко мне вернулись слова Вессы.
— Ты, — сказала она. — Я жду тебя. Я жду смерти.
Онемев, я, спотыкаясь, вернулась в поместье и начала идти. Мой шаг ускорился. Халат развевался у меня за спиной, когда я бежала.
— Поппи! — крикнул Киеран.
Я вылетела через дверь в поместье и помчалась в сторону Большого зала — в покои через две двери.
Киеран догнал меня.
— Что ты делаешь?
— Она. — Мои шаги замедлились, когда мы миновали темную комнату. Позади нас, я знала, шли Нейл и другие. — Весса.
Дойдя до двери, я схватилась за ручку. Как и в случае с цепями на воротах Массена, я расплавила замки. Ручка повернулась, и дверь распахнулась, впуская в меня сильную вонь несвежей сирени.
Я покачнулась, резко вдохнув.
Красновато-черный дым заполнил комнату, клубясь вокруг закутанной в одеяние фигуры Вессы — тот же самый вид теневого дыма, что вился из украшенной рубинами шкатулки, присланной Избет.