Моей семьей.
Валин считал меня частью своей семьи. Мое горло сжалось от обилия эмоций, грозивших вырваться наружу. Я подавила их. Мне пришлось.
— Она не будет одна, — тихо проговорил Киеран. — Я и никто из нас не допустим, чтобы с ней что-то случилось. И она тоже.
Янтарные глаза Валина вспыхнули, когда он посмотрел на Киерана.
— Ты не только поддерживаешь это, но и собираешься пойти с ней? В качестве советника? Я ожидал от тебя другого.
— Моя поддержка этого мало связана с тем, что я Советник Короны, — заявил Киеран. — В отличие от прошлого раза, когда Каса похитили, я не буду стоять в стороне. И я не буду пытаться остановить ее и потерпеть неудачу только для того, чтобы она ушла сама. Ни одно из этих событий не произойдет. И, возможно, это делает меня плохим выбором в качестве советника. Я не знаю. И мне все равно.
Я моргнула от жжения в глазах и прочистила горло.
— Я знаю, какой это риск, но я готова на него пойти. Я не могу дождаться, когда мы пересечем Солис. — Я прижала руку к груди, нащупывая под туникой кольцо. — Он не может ждать этого.
Валин медленно покачал головой, пока остальные смотрели на него.
— Пенеллаф, — мягко сказал он. — Я знаю, что ты очень заботишься о моем сыне. Что ты готова на все ради него. И я знаю, что ты сильна — сильнее, чем все наши армии. Но это слишком большой риск. Мой сын никогда бы не хотел, чтобы ты на него пошла.
— Вы правы. Кастил никогда бы не захотел, чтобы я так рисковала, даже ради него. Даже если бы он сделал то же самое, если бы на его месте оказалась я. Но он также не стал бы пытаться остановить меня.
Глаза Валина на мгновение закрылись.
— Тогда я пойду с тобой.
— Ни в коем случае, — сказала я, мое сердце остановилось. Его глаза распахнулись. — Вы прекрасно знаете, что она сделает, если вы окажетесь в ее руках. Элоана точно знает, что сделает Кровавая Королева.
Вокруг нас воцарилось молчание, Валин пристально смотрел на меня. Он знал, что я говорю правду. Избет не только винила их обоих в смерти своего сына и погребении Малека, но и делала это только для того, чтобы отомстить Элоане. Я не хочу, чтобы его кровь была на моих руках.
— Как ваша Королева, я запрещаю это, — заявила я, и он повернул голову, под виском у него запульсировал мускул от такого прямолинейного требования… навязывания звания. — Завтра в полдень мы возьмем Оук-Эмблер, а затем я отправлюсь в Карсодонию, пока атлантийские армии продолжают действовать по плану, — сказала я ему… сказала им всем. — Мое решение не изменится.
ГЛАВА 11
Кастил
Еще раз.
Изнеможение навалилось на меня, когда я уперся рукой в стену и изо всех сил ударил ногой.
Кость треснула и поддалась.
— Слава богу, — пробормотал я, тяжело дыша.
Жаждущий, который на этот раз попал в мою камеру, был всего лишь кожей и хрупкими костями.
Я опустился на пол. Или у меня отказали ноги. То ли одно, то ли другое. Голова закружилась, я потянулся к крови и вытащил берцовую кость. Один конец был более зазубренным, чем другой. Отлично. Я мог бы заточить ее еще больше на краях цепей, где были закаленные шпоры.
Это оружие мало что даст, когда дело дойдет до Восставших или даже до Избет. Ложный бог был богом по всем понятиям и целям, но оно могло нанести некоторый ущерб. Кровавый урон.
Я отшвырнул останки, зная, что какая-нибудь Прислужница, которая в конце концов появится и уберет его, пока он не ожил, не станет слишком пристально разглядывать Жаждущего.
Прислонившись спиной к стене, я передохнул. Всего несколько минут. Мне нужно было бодрствовать, хотя больше всего на свете мне хотелось спать. Чтобы увидеть во сне Поппи.
Но это был не сон. По крайней мере, не обычный. Я должен был догадаться, что это что-то другое. Поппи выглядела слишком реальной. На ощупь она была слишком реальной — слишком мягкой и теплой. Мне не приходило в голову, что мы с ней во сне, пока не увидел ее глаза.
Увидел, как они изменились.
К тому времени мы начали ускользать друг от друга, и я упустил возможность сказать ей…
Что бы я ей сказал? Где меня могут держать? Это было где-то… под землей. Не очень полезная информация, но я мог бы рассказать ей, что такое Избет. Кто-то может знать, есть ли у демиса те же слабости, что и у бога или богини. Я бы мог…