— В какой-то момент, — сказал под нос Эмиль, — надеюсь, мы убьем и этого.
Щелчок тетивы был весьма громким и заглушил мой ответ.
Киеран двигался быстро, его рефлексы были намного отточеннее, чем у любого смертного. Он поднял щит за мгновение до удара сердца. Стрела ударилась о его поверхность.
— Они стреляли в тебя! — воскликнула я.
— Да, я знаю об этом. — Киеран опустил щит.
Моя голова вернулась к Валу, гнев нарастал.
— Сделаете это еще раз, и вам не понравится то, что произойдет.
— Тупая сука. — Стражник рассмеялся, потянувшись за очередной стрелой. — Что ты собираешься делать?
— Стой! — Стражник перемахнул через стену и схватил лучника за руку. Он выдернул стрелу из его руки. — Ты осел, — сказал он, когда стражник отдернул руку. — Если это действительно она, то твоя голова будет на колышке.
Если он выпустит еще одну стрелу, то не проживет достаточно долго, чтобы быть насаженным на какой-нибудь пик.
— Я хочу поговорить с командиром, — повторила я.
— Я весь во внимании, — раздался голос за секунду до того, как на вершине возвышения появился человек, белая мантия, ниспадающая с его плеч, была символом его положения. — Я командир Форсайт.
— Ну, посмотрите на это, — сказал Киеран. — Он пришел с друзьями.
Он прибыл со многими своими друзьями. Десятки лучников устремились к крепости, стрелы наготове.
— Королева Атлантии? — Форсайт опустил обутую ногу на край возвышения и наклонился вперед, положив руку на согнутое колено. — До меня дошли слухи, что ты была в Массене. Не уверен, что поверил в это тогда или сейчас.
Когда я носила вуаль Девы, никто не знал, что у меня есть шрам. Но после того, как я пропала, новости о моей внешности распространялись далеко, как средство опознания. С их позиции вряд ли они могли видеть мои шрамы, тем более что после моего вознесения они немного поблекли.
— Это она, — сказал один из новобранцев, лучник, стоявший дальше по склону. — Я был здесь в ту ночь, когда она повредила Вал. Я знаю ее голос. Никогда его не забуду.
— Похоже, ты произвела впечатление, — прокомментировал Киеран.
У меня было ощущение, что я произведу еще одно, так как ветер проносился по лугу, разнося зловоние города.
— Тогда вы знаете, на что я способна.
Форсайт оставил свою расслабленную позу, встав прямо.
— Я знаю, что ты собой представляешь. Ты заставила этих людей поверить, что пришла освободить их или запугать. Вызвав немало драмы, распространяя информацию, говоря им, что они должны покинуть защиту Вознесенных. Из-за тебя многие из них умрут на улицах, которые они называли своим домом. Из-за твоей лжи.
Сущность вспыхнула еще раз. Я сосредоточилась на командире, позволяя своим чувствам достичь его. Я ощутила то же самое, что чувствовала, когда проходила мимо наших солдат перед тем, как отправиться в Оук-Эмблер. Соленая решимость.
— Можно подумать, что сам герцог находится здесь, защищая свой народ, — возразил Киеран.
— Вознесенные чтят богов, отказываясь от солнечного света, — ответил Форсайт. — Но вам, жителям безбожного королевства, этого не понять.
— Ирония, — тихо проговорил Эмиль, — болезненна.
— Вы знаете, почему они не ходят под солнцем, — сказала я, сомневаясь, что командиры Валов не знают, что именно они защищают. Форсайт откинул голову назад, и я уловила слабый след чего-то кислого. Чувство вины? Я ухватилась за это. — Но ведь это вы здесь. Вы и ваши стражники… защищаете людей. Тех, кто хочет покинуть город, судя по всему. Причина не должна иметь значения, не так ли? Им должно быть позволено уйти.
— И ты, и я знаем, что это не так, Предвестница, — ответил командир, и я резко вдохнула, когда взгляд Эмиля переместился на меня. — Да, как уже сказал, я точно знаю, кто ты. Предвестница, несущая смерть и разрушение. Возможно, некоторые из этих людей убеждены в обратном, но я знаю лучше. Многие из нас знают.
Милостивые боги. Если бы людям Оук-Эмблера… Солиса, рассказали о пророчестве… В данный момент я не могла позволить себе думать о последствиях.
— Вы верите в пророчества?
— Я верю в то, что знаю. Однажды ты уже напала на нас, — сказал Форсайт. — Ты не спаситель.
В глубине души я понимала, что его не переубедить. Как и то, что не может быть никаких доводов для тех, кто верит, что я — Предвестница. Но я все равно должна была попытаться. — Тем, кто хочет уйти, не причинят вреда. Покиньте Вал, — приказала я, безмолвно умоляя их прислушаться ко мне. — Откройте ворота и позвольте людям выбрать то, что они хотят…