- Глеб, останови машину.
- Нет.
- Останови эту чертову машину!!! - повышаю голос настолько, что теперь даже глухому будет ясно, насколько я серьёзна.
Машина останавливается без указаний шефа.
- Мужчина, оставьте нас одних, - прошу ровным голосом водителя.
И тот, почему-то, выполняет мою просьбу, несмотря на удивленный взгляд Глеба.
- Слушай меня, ненаглядный мой, - произношу медленно и буквально по слогам, - ты можешь делать всё, что угодно - со своей жизнью. Но с моей жизнью ты так поступать не имеешь права. Чтобы ты лучше уловил смысл моих слов, я перефразирую: ты не имеешь прав на меня. И на моё тело - как и на его передвижения. Любое своё желание, связанное с ним, ты должен согласовывать с его хозяйкой - то бишь, со мной. И если я сказала, что я не поеду к твоей бывшей, значит, я к ней не поеду! Хочет, чтоб я предстала пред её очами? Очень рада за неё. Но без особых метаний - отказываюсь. Она это как-нибудь переживёт. А вот с тобой у нас разговор закончится иначе: ты сейчас отвезёшь меня обратно в офис и свалишь в свой город - давать очередное интервью. И связываться со мной ты больше не будешь. Мы друг друга поняли?
Смотрю на него со злостью и чувствую, как неистово бьётся сердце в груди. Да, именно - неистово. Я даже предположить не могла, что это слово можно использовать в данном контексте. Но если чертов орган-таки выпрыгнет из моей груди, на гробе должно быть написано, что перед смертью он откровенно неистовствовал внутри моего тела.
Глеб смотрит на меня не читаемым взглядом. Не знаю, о чём он думает в этот момент, но лучше бы он молча выполнил мою просьбу. Потому что в противном случае я его ударю. И не раз.
- Ты так ревнуешь? - спрашивает мужчина негромко.
- Я? Я не ревную! Я ставлю тебя перед фактом, - огрызаюсь, ощущая себя абсолютно беззащитной.
- Ты хоть понимаешь, как я люблю тебя за это? - произносит Глеб с какой-то тихой болью в голосе.
Сердце останавливается на мгновение. А к глазам подкатывают слёзы.
- Любишь? - едва слышно переспрашиваю.
- Даже не люблю, - качает головой мужчина, не отрывая от меня странного взгляда, - Боготворю.
Всхлипываю, больше не имея сил держать этот барьер.
А затем оказываюсь в руках любимого мужчины.
- Никто и никогда не займёт твоё место в моём сердце. Ты просто должна это знать, - прижимая меня к себе, четко произносит Глеб Бондарёв.
- Обещаешь? - выдавливаю из себя, стараясь остановить истерику.
- Клянусь своей жизнью. Она теперь твоя.
Утыкаюсь носом в его шею и некоторое время сижу неподвижно.
- Марат, наши планы меняются, - неожиданно, но очень мягко произносит Глеб, стараясь меня не потревожить.
Водитель уже успел вернуться в машину?..
Сколько же мы так просидели?..
- Мне отменить вылет? - уточняет тот.
- Да. Вылетим завтра. Или послезавтра. Или через два дня. Как только Ева даст согласие, - отвечает ему Глеб.
А Ева не даст согласия! Не дождётесь!
- А сейчас?.. - задаёт вопрос водитель-Марат.
- В гостиницу, - отзывается Глеб.
- Какую-то конкретную? - уточняет мужчина за рулем.
- В ту, с которой у нас есть договор о неразглашении… - протягивает Бондарёв, продолжая прижимать меня к себе.
- Номер люкс?
- Пусть подготовят его, как для молодоженов, - звучит ответ от Глеба, а я заметно напрягаюсь.
Он это - шутки ради или…
- Я обещал тебе кольцо.
Отрываюсь от теплой шеи и заглядываю в зелёные глаза.
- Я думала, это юмор такой, - отзываюсь хрипло.
- Если тебе так проще, считай, что это юмор, - произносит Глеб и надевает на мой палец…
- Ты что творишь?! - изумленно смотрю на это… ЭТО!
- Окольцовываю тебя. Сейчас приедем, и я поставлю штамп на теле. А через три месяца проштампуем и твой паспорт, - ровным голосом отвечает мужчина.
- Ты мне даже предложение не делал! - заявляю растерянно.
- Делал. За несколько дней до ухода из издательства. Кстати, поздравляю с выходом книги. Слышал, она теперь - бестселлер.
- Ты… - не нахожу слов, чтобы описать всё, что происходит, - это же было несерьёзно!
- Для меня всё, что касается тебя, находится под грифом «серьёзней некуда». Я так и написал на папке с твоими данными, - серьёзно отвечает Глеб.
- Ты собирал на меня компромат?! - смотрю на него во все глаза.
- Я всегда так делаю. И ты знала об этом.
Вспоминаю его слова о моей матери и вообще… всё то, что происходило до того, как мы стали встречаться.
- Мама… - протягиваю негромко.
- Я уже созвонился с её секретарём. Интересный мужчина, - кивает Глеб.
- Она приняла наши отношения? - смотрю на него ещё более изумленно.