Получив разъяснения и рекомендации от своего командующего и друга, Гаспар расхохотался.
– Любовь моя, – обратился он к своей жене, – нам с тобой придется вернуться в Шато-Тьери.
– Господи, но зачем?
– Чтобы обвенчаться.
– Но разве мы с тобой не обвенчаны?
– Не совсем так, как того требует закон. Наше с тобой венчание было совершено секретно, а значит, слишком поспешно. На этот раз все будет по правилам. Мы должны прибыть туда через три дня, и Людовик пишет, что к нашему приезду все будет готово.
В самом деле, когда они въехали в маленький городок, он был весь украшен цветами. Супругам дали время привести себя в порядок после дороги, а затем сопроводили в церковь Сен-Крепен. И там они были обвенчаны с соблюдением обряда. Обряд совершил главный священник церкви совместно со всем своим клиром в присутствии знатных людей города, королевских нотариусов и простых горожан, словом, всех, кто подтверждал своим присутствием публичность совершенного акта. Супруги были так хороши, что, когда они вышли из церкви, горожане приветствовали их восторженными криками и бросали им цветы. Толпа проводила молодых до городской ратуши, где их ожидало настоящее свадебное пиршество. Сияющая Изабель в белом атласном платье – подарке принцессы Шарлотты, который она, приехав, нашла в отведенной ей комнате, очаровала всех: мужчин – своей красотой, женщин – любезностью и остроумием.
– Просто не верится, – шепнула она мужу, – неужели мы можем быть счастливыми у себя дома и ни от кого больше не прятаться? Однако почему у вас нерадостный вид?
– Дело в том… что… мм… нам еще на какое-то время придется побыть счастливыми в Стенэ, – ответил Гаспар с кисло-сладкой улыбкой.
– Почему же это? Мне кажется, на этот раз мы обвенчаны по закону.
– Без всякого сомнения, но мы не можем вернуться в Париж прежде, чем Парламент зарегистрирует дату нашего второго венчания и откажет в поданных исках моему достопочтенному отцу и вашей дражайшей матушке.
– Не может этого быть!
– Может, моя дорогая. Итак, в путь! И не отчаивайтесь. Разве я не с вами? Разве не принадлежу вам душой и телом? В Париже уже такого не будет. А сейчас мы спокойно вернемся в Стенэ и будем любить друг друга, не опасаясь досадных помех и вторжений.
Изабель со смехом бросилась ему на шею.
– Вы правы, сердце мое! Вернемся и будем любить друг друга!
Прежде чем покинуть Шато-Тьери, Гаспар написал благодарственное письмо герцогу Энгиенскому, который неустанно подтверждал благодеяниями свои дружеские чувства и пообещал ему написать более подробно позже.
Второе пребывание супругов в Стенэ было куда более коротким. На этот раз венчание беглецов прошло без осложнений. Кардинал Мазарини и папский нунций сумели убедить маршала де Шатильона не противиться этому браку, и тот, смирившись, отказался от процесса. Однако упрямый, как буйвол, он поставил молодым супругам условие, о котором им сообщила принцесса Шарлотта, когда они, наконец, добрались до особняка Конде.
– Ваш отец хочет, чтобы ваш брак был торжественно подтвержден в Париже.
– Как? Торжественной церемонии в Шато-Тьери ему недостаточно? – возмущенно повысил голос Гаспар, выйдя из себя. – Что ему еще от нас надо? Может быть, он хочет, чтобы мы отправились в Рим за благословением самого папы? Я солдат, черт побери, и должен сражаться рядом с господином герцогом на поле брани!
– Не стоит так волноваться, церемония много времени не займет.
Действительно, несколько дней спустя, девятнадцатого июня, брак Изабель де Бутвиль и Гаспара де Колиньи был благословлен в третий раз, и благословил его архиепископ города Парижа, монсеньор Гонди, в соборе Парижской Богоматери в присутствии Ее Величества королевы, кардинала Мазарини, всего двора и многих членов Парламента. Отсутствовали на венчании господин маршал де Шантильи, госпожа де Бутвиль и госпожа де Валансэ, хотя и с матерью, и с сестрой Изабель успела по приезде помириться. Правда, с Мари-Луизой – перед самым ее отъездом к себе в замок.
Когда под звон колоколов молодые вышли из собора, держась за руки и отвечая улыбками на восторженные крики, Изабель, не поворачивая головы к Гаспару, спросила:
– Как вы думаете, теперь мы можем быть уверены, что обвенчаны правильно?