Трудно представить нелепее и подлее поступка, которые совершили Мочалов и Косынин. С этими презренными людьми ушли Ильенков Семен из деревни Гречухи (кстати этому негодяю повезло. У него в доме было все в порядке). Но его проклинала его жена за то, что тот покинул отряд. Она рассказала о зверском убийстве семьи Гречухина Матвея и укоряла Семена в измене. Кроме названных имен, из отряда ушло к врагу еще несколько человек. Это послужило поводом для серьезного разговора о положении в отряде.
Дорого обошелся приход в отряд немецкого агента Ляхнова Ивана Ивановича. Трудно было сразу определить масштабы потерь и их характер. Необходимо было усилить бдительность.
Фашисты применяли разные формы разведки сил и боевого духа партизан. Иногда они применяли примитивные способы.
Против отряда «Народный мститель», занимавшего оборону по соседству с отрядом «За свободу», равно как и другие отряды второй Калининской партизанской бригады.
О буднях того времени рассказывает адьютант начальника штаба партизанского отряда «Народный мститель» Дмитрий Иванович Масленок: «…В первых числах февраля нам предстояло встретить передовой отряд карателей у деревни Низинка, в районе озера Язно. Население нами было предупреждено и люди скрылись в дальнем лесу. Местность здесь холмистая, кругом лесные заросли. Основные силы отряда «Народный мститель» расположились на высоком холме, склон которого становился круче к его вершине. Остальные подразделения отряда находились вокруг небольших холмов и курганов. В одном из домов, находившемся на отшибе группа местных жителей, целая бригада женщин, шили из парашютного полотна масхалаты. В мои обязанности адьютанта входило в тот день развозить в подразделения отряда сшитые халаты. Подъезжая к одному из подразделений, я был остановлен знаками, подаваемыми партизанами. Осмотревшись, я увидел, что из леса, находящегося у самой деревни с севера, где находились каратели, ехал человек на санях. Сани в прошлом играли роль санитарного фургона. В данном случае брезент с его дуг был снят. Остался только остов. Этот человек подъехал к одиноко стоящему дому. Возле дома лошадь остановил. Человек, в немецком обмундировании зашел в дом, покинутый хозяевами еще утром. Зайдя в дом, он там оставался длительное время. Партизаны окружили дом. Боец Жаворонков вступил с этим человеком в разговор. Ответа не последовало. Позже из дома раздались выстрелы. Во избежание неминуемой нелепой смерти окруженного, разговор продолжали. Но вместо ответа, вновь раздался выстрел. Тогда Жаворонков бросил в окно гранату. Вначале зазвенели стекла. Граната влетела внутрь дома. Там и взорвалась. Два товарища Жаворонкова устремились в дом. В дыму и пыли обнаружили винтовку с перебитым гранатой цевьем. По открытому люку в комнате, поняли, что фашист спрятался под полом. Оттуда его извлекли. Немец был ранен. Немец несколько раз повторял слова: «Мутер, киндер». Каково было слушать эти слова, который на днях убивал чужих матерей. Трудно сказать о его роли в той войне.
Партизаны вынесли немца во двор, положили в сани, на которых он приехал в деревню и повезли в штаб. При этом мы догадывались, что гитлеровцы держат под наблюдением эту операцию. Но были приняты меры предосторожности.
В тот день фашисты больше никаких акций не предпринимали. Они ночевали в лесу. На следующий день подобная разведка повторилась. Опять из лесу выехала лошадь с санями. На санях стояла большая деревенская бочка. Здесь была попытка выдать своего разведчика за заблудившегося хозяйственника. Было непонятно, зачем гитлеровцы играют в такие глупые игры. Человек, ехавший в санях, проехал дом, в котором накануне был захвачен его предшественник и направился на партизанские позиции. Подъехав вплотную к партизанским окопам, немец вдруг сбросил с саней свою винтовку, потом свалился на землю сам и закричал: «…Здорово! Иван гут!». Конечно, видеть такую картину было довольно комично. Эта встреча происходила вне поля зрения противника. Пленному приказали подняться с земли. Он встал и опять прокричал: «…Рус, Иван гут!» Дальнейший допрос ничего нового не дал. В дальнейшем пленного пристроили на работу возле кухни. Он долго там работал и был весьма доволен этим. Интересно, что после такой странной разведки, на направлении, где на пути следования находился наш отряд, наступление противник прекратил.