- Откуда же они могут быть у этих дикарей?
- Господин, им помогают чужеземцы из-за дальнего моря. Это христиане, я видел крест на их знамени! - воскликнул Лифань.- Они были среди амурских жителей, они не похожи на них.
- Дальние варвары главенствуют над амурцами? - внимательно посмотрел на собеседника Дюньчэн.
- Да, господин! Один из них прикрикнул на дахура, что хотел прирезать меня и тот покорно отошёл, - проговорил Лифань. - У дахура была и аркебуза.
- Стало быть, нам необходимо как можно больше стрелков! - военачальник стукнул кулаком по невысокому столику. - Нам нужны корейские аркебузиры.
- Они ненадёжны теперь, господин, - Лифань счёл свои долгом предупредить дутуна о недостойном поведении воинов вассала Цин.
- Откуда ты можешь знать это точно? - насмешливо посмотрел на него Дюньчэн. - Быть может они вернулись, чтобы умереть вслед на маньчжурами?
Лифань счёл за лучшее промолчать. Дюньчэн же, подозвав писца, приказал тому записывать свои пожелания в комплектовании войска. Он испрашивал большее количество пушек и солдат, вооружённых аркебузами, нежели было в своё время у Лифаня. Вскоре в Нингуту должны были начинать свозить запасы продовольствия, подводы с боеприпасами и вооружением. Семья дутуна ещё с начала весны находилась в Нингуте. Дюньчэн, беспрестанно обдумывающий предстоящую операцию, не желал такого позора, что испытал Лифань. Посему военачальник неофициально приказал ему быть рядом с собой, но не показывать остальным, что дутун спрашивает у Лифаня советов. Для начала, думал, Дюньчэн, надо потребовать у амурцев изгнания чужеземцев из их земель, а также прекращения торговли с чужаками. После чего ближним варварам можно пообещать, что они могут жить в мире с Цин. Тогда не нужно будет враждовать, поскольку они будут слабеть, а Цин - усиляться. Если же у варваров есть крепость, то нужно выманить их на равнину, осаждать крепости - последнее дело. Лучшим вариантом стало бы подчинение нового туземного князя на Амуре - можно пообещать ему должности и подарки, он не устоит, варвары падки на лесть и уверения в дружбе. После чего роль гостя нужно поменять на роль хозяина и всё встанет на свои места. Главное заставить их выгнать христиан, поскольку, оставшись без этого союзника, амурцы не смогут управляться с артиллерией и доставать заряды. И тогда со временем плод упадёт в подставленную корзину.
- Нужно напасть всеми силами и сразу! - воскликнул Лифань, недовольный выжидательной тактикой своего военачальника.
- Спешить нельзя! Побеждает тот, кто проявляет осторожность и ждёт неосторожности от противника, Лифань, - поучительно произнёс Дюньчэн. - Сначала будь как застенчивая девственница - и враг откроет тебе двери, а потом будь, как вырвавшийся заяц - и противник не успеет принять мер к защите.
Лифань почувствовал, что его щёки горят, ведь сейчас он почувствовал себя глупым крестьянином, которому необходимо объяснить очевидное. Противно. Пусть будет, что будет, а ему сейчас надо позаботиться о своём добром имени - а это значит, что надо в точности исполнять указания Дюньчэня. Ведь это он отвечает за операцию против мятежников. Посмотрим, что получится у него. И тут Лифань понял, что ему хочется, чтобы и Дюньчэн не справился с этими мятежниками.
Обе канонерки приближались к цели своего похода - маньчжурской крепости на извилистом притоке Сунгари. Нингута, по словам пленных корейских офицеров, находилась уже совсем недалеко. Однако вечерело, поэтому Матусевич приказал становиться на отдых.