— Что это такое?
Скорпион усмехнулся.
— Не пытайся мне врать, любовь моя!
— Верь мне, я…
Он дал ей пощечину и прижал к полу.
— Кто-то пытался меня убить, моя крошка, и мне это не нравится! И я думаю, что все сообщники убийцы тоже должны быть наказаны. Ты наверняка знаешь, кто пустил в меня эту стрелу.
— Ты… Мне больно!
— Говори, или ты узнаешь, что такое настоящая боль!
Ирис закрыла глаза и перестала сопротивляться.
— Только у одного в наших местах есть стрелы… у охотника!
— Он живет в деревне?
— Нет, он живет где-то поблизости. Иногда он продает нам дичь, но его давно не было видно. Многие думали, что он умер.
— Кто знает, где его убежище?
— Старики могут показать дорогу.
Скорпион разжал пальцы, и Ирис заплакала.
— Ты — чудовище!
— Возможно.
— Чудовище, — повторила она, обнимая его. — Но ты не должен был так со мной поступать!
— Когда моя жизнь в опасности, я поступаю так, как считаю нужным.
Ласки девушки разбудили в нем желание.
— Этот охотник… Ты его накажешь?
— Он умрет страшной смертью.
— Ты — ужасный дикарь, бессердечный и безжалостный, но мне нравится твоя сила!
Сгорая от возбуждения, Ирис притянула его к себе. Была ее очередь проявить жестокость, какой Скорпион от нее не ожидал и которая доставила ему удовольствие.
— Будь всегда таким, будь самым сильным! — говорила она.
24
Газель не питала иллюзий: если Орикс и дал слово, что не станет повторять попытки захватить Абидос, то только потому, что его клан очень ослабел, а вовсе не из стремления сохранить мир. Поэтому почивать на лаврах было рановато. И потом, неизвестно, сможет ли клан ориксов вернуть себе былую мощь. Лучшие воины погибли или тяжело ранены, да и сам предводитель клана выглядит обессиленным… Нужно было как можно скорее закрепить мирные договоренности, а этому очень поспособствовала бы открытая поддержка Слонихи, с авторитетом и мудростью которой считались Лев, Бык и даже Крокодил.
Клан слонов обосновался на крайнем Юге, возле первых порогов. Газели предстоял долгий, полный опасностей путь. Благодаря быстроте своих подданных — единственному их преимуществу — сможет ли она беспрепятственно пересечь подвластные Льву территории?
Разумеется, Газель была всеми признанным парламентером, и только Крокодил открыто отказывался обеспечивать ей возможность безопасно передвигаться по принадлежавшим ему землям. Поведение же Льва было двойственным, поэтому ей приходилось все время быть начеку.
Дозорная первой почувствовала опасность.
Она замерла, настороженно вытянув увенчанную рожками голову. Взгляд ее был обращен к островку колышущейся на ветру высокой травы. Оттуда исходил характерный запах: в зарослях притаились две львицы, которые всегда охотились вместе, помогая друг другу.
Газель могла бы попытаться опередить их, но был риск, что самая пожилая из ее прислужниц не сумеет убежать от хищниц. Ни у кого из ее спутниц не было оружия, поэтому защитить ее они не могли.
Потомок древнего рода, правившего некогда всеми этими землями, Газель стала во главе процессии. Ее взгляд пронзил растительность и окутал охотниц зеленым умиротворяющим светом.
— Выйдите из укрытия! — спокойно потребовала она. — Вы не убьете меня, а я оставлю вас на свободе.
Ответом ей стало рычание. Газели невольно попятились, опасаясь нападения, но их повелительница сделала несколько шагов вперед.
Угрожающе оскалив клыки, появились львицы.
И тогда Газель запела. Мелодия была успокаивающей, с магическими переливами. Первая львица зевнула, легла у ног молодой женщины и стала их облизывать. Вторая сначала противилась чарам, но вскоре последовала примеру своей соплеменницы.
— Ты проведешь меня к своему повелителю, — приказала ей Газель и повернулась к первой львице: — А ты проследи, чтобы никто не обидел моих подданных!
Хищница снова зевнула и, окинув взглядом своих подопечных, приготовилась нести караул.
Газель сама удивилась действенности своих заклинаний. Уже давно она не применяла этот древний напев, с помощью которого ее предки приручали хищников. В нужное время, как и прежде, слова всплыли в памяти и спасли ее и подданных от гибели.
Следуя за львицей, Газель снова отметила про себя, насколько велики владения Льва. Мало-помалу он вытеснял подданных Слонихи и Орикса, расширяя собственные владения, по которым носились стаи преданных ему хищников. И его солдаты, у которых вместо ножей были клыки и когти, разрывали на части любого противника.