Снова смотрю на его тело, на кровь, которой залиты его шея и грудь. Смотрю и смотрю, не отрываясь. Внезапно меня озаряет догадка, почему эти брызги крови выглядят так странно. На середине шеи кровавые пятна резко пропадают. Дальше уже ни одна капля не пятнает чистую кожу. Как будто удар пришелся на шею Войны, а потом все, что выше… Отросло заново.
Я не смею надеяться, но надежда наполняет каждый мой вздох. Прикасаюсь к своему шраму, провожу по нему пальцем, не сводя глаз с Войны. Он сказал, что я утонула в Средиземном море, но потом возродилась. Может быть, сейчас, на моих глазах, происходит возрождение Всадника…
Я вглядываюсь в разбросанные вокруг него гранаты. Что будет, если он оживет после обезглавливания? Восстановится и поднимется из могилы невредимым, таким же, как был? Что будет, если я оставлю его в этой яме, а он очнется, шевельнет рукой, и гранаты взорвутся? Что, если его разнесет на куски, и его останки сгорят, превратятся в пепел? Сможет ли он возродиться после этого?
У меня перехватывает дыхание.
Еще важнее другое: готова ли я сидеть сложа руки, ожидая, когда это случится?
Нет. Тысячу раз нет. Я люблю его, и я не позволю еще раз встретиться со смертью. Теперь моя очередь верить во что-то большее, чем я сама. И я верю – в него, в себя, в эту минуту. Может быть, даже в самого Бога.
Я подхожу к краю могилы.
– Я сдаюсь.
Глава 59
Я сошла с ума.
Совершенно не сомневаюсь в этом, спускаясь в могилу. Одна-единственная ошибка – и здравствуй, взрыв на лодке, часть вторая.
Будь храброй, будь храброй, будь храброй…
Я вот-вот коснусь ногами дна, и вдруг замечаю гранату, едва заметную в густой тени.
О боже, чуть не наступила! Едва удержавшись от крика, извиваюсь в прыжке и мягко приземляюсь. Несколько секунд жду взрыва, однако ничего не происходит, и я с трудом перевожу дух.
Как бы то ни было, я на месте. Мой взгляд падает на Войну. Как же теперь вытащить его отсюда? Первым делом я берусь за меч и как можно осторожнее высвобождаю его из пальцев Всадника. Если потянуть слишком сильно, его рука может соскользнуть с груди и задеть гранату.
Мне удается разжать одну руку, вытянуть из нее меч и снова положить ее Всаднику на грудь. После этого я освобождаю другую руку.
На лбу у меня выступает пот. Руки дрожат от страха – как назло, именно тогда, когда очень нужно, чтобы они были твердыми. Меч у меня, и я пытаюсь поднять его. Черт, ну и тяжелый! И зачем ему нужно таскать с собой самый большой меч из всех, какие только бывают? Что за дурь! Дрожащими руками я все-таки поднимаю его. Край могилы прямо у меня над головой. Только бы дотянуться…
Я приподнимаю острие меча над краем могилы и изо всех сил стараюсь вытолкнуть наружу. Проходит несколько мучительных минут, по груди и спине стекает пот, но все-таки мне удается выбросить меч из могилы. Снова перевожу взгляд на Войну. Теперь его руки свободны. Осталось всего лишь вытащить этого великана из ямы, не взорвав нас обоих.
С трудом сдерживаю приступ смеха. Это невыполнимая задача. Не знаю, с чего я решила, будто смогу это сделать…
Глубокий вдох. Отбрасываю прочь сомнения и сосредотачиваюсь на текущей задаче. О том, чтобы выкинуть гранаты из могилы, не может быть и речи, значит остается только один вариант – вытащить нас с Войной отсюда невредимыми. Однако для того, чтобы поднять Всадника, моих рук явно недостаточно. Чтобы выволочь его из ямы, нужно что-то покрепче…
Например, лошадь.
– Деймос! – шепчу я, словно от громкого голоса одна из этих штук может взорваться… А вдруг, и правда, может? Кто их знает! Перед тем, как спуститься, я видела, что конь Войны стоит рядом, но теперь, он, кажется, опять куда-то ушел… Должно быть, глодать кости мертвецов, или что там делают бессмертные боевые кони?
– Деймос! – зову я громче. И снова никакого ответа.
Черт бы побрал этих лошадей.
– Деймос! – уже ору я.
Ничего не взорвалось, слава небесам.
Конь медленно подходит к краю ямы и смотрит на меня. Его поводья свешиваются в могилу, тонкий кожаный ремешок постукивает о стенку. Я вздрагиваю: земля чуть-чуть осыпается и легкой пылью оседает на взрывчатке. Однако ничего плохого не происходит, и я перевожу дух. Пот течет по вискам. Я вижу кожаные ножны на поясе Всадника. Если я сумею просунуть свой ремень под ножны, захватить петлей поводья Деймоса и пристегнуть поводья к ножнам, то Деймос – гипотетически – сможет вытащить Войну наверх.
Даже если эта часть плана сработает, все равно остается еще одна проблема: как объяснить коню, что ему нужно тащить хозяина из могилы… и, само собой, еще одна: как быть с гранатами? Но плана получше у меня нет.