Не отпуская руки, Война тянет меня к небольшому столику, на котором стоит полный графин. Откупорив пробку, разливает напиток по бокалам и один протягивает мне. Другой берет сам.
Я беру бокал обеими руками. Алкоголь поможет расслабиться, и мне не помешает слегка притупить ощущения.
Делаю большой глоток. Вкус у напитка острый, резкий, и у меня, честно говоря, даже не получается разобрать, что мы пьем. Но алкоголь мгновенно согревает, так что я делаю еще один глоток. Может, стоит напиться, станет легче… Мне нравится эта идея. Я запрокидываю голову и залпом, морщась, допиваю обжигающий напиток.
Война внимательно наблюдает. Не сводя с меня пристального взгляда, садится на стул. Я жду насмешек по поводу того, что так нервничаю, но Война лишь делает большой глоток напитка и отставляет бокал в сторону. Затем он забирает и мой бокал.
Всадник притягивает меня к себе за бедра, и теперь я стою между его ног. Как бьется сердце! Не отрывая от меня взгляда, Война принимается поглаживать мою кожу большими пальцами. Ладони его медленно скользят по бедрам, задирая майку. От его прикосновений меня будто пронзает зарядом электричества. Никогда еще я не переживала таких острых ощущений.
Медленно, миллиметр за миллиметром он поднимает мою майку, под которой обнаруживается старый лифчик. Я завершаю дело, стягивая с себя майку и отбрасывая в сторону. Меня колотит от волнения, и это неприятно, ведь ничего еще не было.
Нужно взять все в свои руки.
С этой мыслью я наклоняюсь и сама целую Всадника. Какое сладкое облегчение! В то самое мгновение, когда наши губы сливаются в поцелуе, моя тревога превращается в страсть. Я обхватываю ладонями лицо Войны. Он стонет мне в губы, и весь тот мучительный темп, который Всадник сам задал нашей встрече, испаряется в один миг. Его пальцы запутываются в моих волосах, а губы жадно исследуют мои.
Мои ноги все еще подгибаются, так что приходится переползти на колени Войны, чтобы не рухнуть на пол. Я прижимаюсь к его обнаженной груди и вздрагиваю от прикосновения. Всадник притягивает меня к себе за бедра, и я ощущаю его возбуждение, натягивающее ткань штанов.
– Когда ты так близко, – рычит он, – я словно снова в Раю.
Даже не знаю, что ответить на это. Меня только что сравнили с Раем – а ведь о небесах Всадник знает не понаслышке. Но если честно, никто и никогда еще не относился ко мне так трепетно, как Война сейчас. И это чувство опьяняет, кружит голову.
Война прерывает поцелуй.
– Хочу увидеть твою прекрасную грудь, – хрипло говорит он.
Ошеломленная поцелуем, я затуманенным взором смотрю на него. Война срывает с меня лифчик, прежде чем я успеваю понять его слова. Мгновение, и моя грудь на свободе.
Я машинально поднимаю руки, пытаясь прикрыться, и волнение вновь охватывает меня. Но Война отводит мои руки в сторону, открывает темные соски. Его горящий взгляд ищет мой.
– Не о чем волноваться, жена моя.
Жена. От этого слова тяжелеет на сердце.
– Пожалуйста, не называй меня так. – Я думала, что привыкла, но ошиблась. Из его уст это слово звучит слишком интимно, я не смогу эмоционально отгородиться от того, что происходит между нами, если Война не прекратит.
– Даже не проси, я не соглашусь. Жена.
Прищурившись, смотрю на него. Рука Войны скользит по моей коже, обхватывает грудь. Удивительно, какие большие у него руки. Моя грудь целиком исчезает в его ладони. Большим пальцем он легонько щекочет сосок.
– Хочу оказаться в тебе, Мириам, – выдыхает он. – Только об этом и думаю последние дни.
Я вспыхиваю от его слов. Все мое естество требует продолжения, и немедленно. Война легко приподнимает меня, открывая себе доступ в мое тело. Чувствую, как его горячее дыхание касается моего соска, а затем на нем смыкаются мягкие губы.
Тело реагирует мгновенно. Я издаю стон и выгибаюсь, прижимаясь к груди Всадника. Губы его подобны греху, и между ног становится все более влажно с каждым новым прикосновением его языка.
Его стон раздается одновременно с моим:
– Жена. Этот звук…
Мне нужно еще. Но я спрашиваю:
– Что мне сделать? Чего бы тебе хотелось?
– Коснись меня. Там, где это принесет тебе удовольствие.
Хитрый приказ. Исполнить его, значит, подтвердить, что тело Всадника доставляет мне удовольствие. Но несмотря на то, что мои губы припухли от поцелуев, что я сама оседлала его колени, а трусики уже насквозь промокли, я не хочу получать удовольствие от Войны.
Но желание берет верх над телом. Я провожу ладонями по груди Всадника, по его плечам, рукам и спине. Касаюсь его везде. Тело Войны огромно, и я, рядом, кажусь крошечной. Всадник вновь издает стон и подается ко мне. Его губы скользят по моей груди, становятся все более требовательными, а руки – жадными. Я провожу пальцами по его темным волосам.