Я постаралась не выдавать свои чувства и тревоги лицом и светом, встретившись с опасающимся взглядом Джона и слегка улыбнувшись. Я повысила голос, чтобы перекричать грохочущую музыку видящих.
— Ты ничего не хочешь мне сказать, О Брат Мой?
Увидев юмор, который я послала в него импульсом, его лицо просияло почти комичным облегчением. Что-то в открытости этого выражения выдавало уязвимость, таившуюся внутри, и моё сердце само собой открылось перед ним, перед ними обоими, когда я осознала, что он наблюдал за моим лицом и беспокоился о том, как я отреагирую.
— Эй, — сказала я, поднимая своё пиво в знаке тоста. — Если ты хочешь жениться на этом страшном сукином сыне, валяй, Джонатан. Твои проблемы, — я позволила ему услышать дразнящие нотки в своём голосе. — Но ты больше не можешь жаловаться, что я вышла замуж за террориста, пропагандирующего насилие.
Продолжая размышлять, я поморщилась.
— Чёрт, это значит, что ты начнёшь требовать мёртвых кроликов на каждый приём пищи и одеваться как монгольский всадник на стероидах?
Чандрэ расхохоталась, заставив меня взглянуть на неё.
Я узнала выражение на её лице, хоть и не видела её такой уже долгое время. Чан была пьяна. Я не видела Чандрэ пьяной с самого Сиртауна, с празднования дня рождения Сайримна.
Воспоминание заставило меня улыбнуться, а потом вздрогнуть, когда перед глазами встало лицо Касс. Я вытолкнула это из головы, хоть в груди и возникла резкая боль.
— Иисусе, — заговорила я вслух, пытаясь подавить боль в своём свете. — Кто вусмерть напоил Чандрэ? И почему вы все не в постелях? Вы действительно настолько перевозбудились, что гормональные проблемы Джона и Врега для вас важнее сна?
Уловив запашок от рубашки Холо, когда он закинул руку мне на плечи, я помахала ладошкой перед носом.
— …И важнее душа? Божечки-кошечки, парни. Имейте совесть.
Парочка видящих, которые не ездили с нами, расхохотались. Я и сама засмеялась, увидев, как некоторые экс-Повстанцы принюхались к своим рубашкам — половина сделала это в шутку, но тем не менее. Некоторые из них после этого поморщились и слегка смутились, глядя по сторонам.
Оли расхохоталась в голос, когда стоявший рядом с ним Джакс понюхал себя и покраснел.
Наблюдая за всеми ними, я вспомнила, что время ещё даже не приближалось к ужину.
— Ты пропустила настоящее секс-шоу, Мост, — сказал мне Гаренше, почти крича, хоть он и стоял относительно близко ко мне. — Твой брат — тот ещё извращенец, ilya. Он заставил бедного Врега умолять, совсем как мы слышали мольбы босса с тобой…
— Пожалуйста, — я нахмурилась, в этот раз действительно не шутя. — Я серьёзно не хочу об этом слышать, — когда Гаренше подвинулся поближе ко мне, я шлёпнула его по руке, чувствуя, что он продолжает думать о Джоне и Вреге, и помрачнела ещё сильнее. — Gaos di’lanlente a guete, Гар. Видеть эту фигню я тоже не хочу. Ты пытаешься меня помучить? Или всего лишь нечаянно травмировать меня до конца дней моих?
Чандрэ снова засмеялась, в этот раз ещё громче.
Я заметила сидевшую рядом с ней видящую, ту женщину из СКАРБ, Талей, и задалась вопросом, неужели Врег или Балидор позволили ей бродить тут, не проведя полный спектр проверок безопасности. Её ладонь лежала на бедре Чандрэ, и они сидели рядом за баром, но я знала, что это не может служить единственным объяснением. Как и тот факт, что она предоставила карты ОБЭ-сетей, когда они понадобились нам для возвращения в Нью-Йорк.
Мне определённо надо будет свериться с Балидором, когда он выползет на свет божий.
Я подпрыгнула, когда Гар обнял меня одной рукой и стиснул, улыбаясь. К сожалению, вонял он так же сильно, как и большинство других мужчин в комнате.
— Осторожнее, Гар! — Холо, стоявший по другую сторону от меня, пихнул его в толстую руку. — Думаю, твой рассудок помутился, судя по твоим блуждающим лапам. Сначала ты испытываешь терпение Врега, а теперь Меча? Наш Прославленный брат, может, и немного смягчился после того, как принёс свадебные клятвы и наконец-то затащил жену в постель… но он всё равно грозный мудак.
Врег усмехнулся, теперь уже обнимая Джона за талию.
— К слову о нашем старичке, — сказала я, улыбаясь чуточку натянуто. — Никто не хочет показать мне, где его вообще искать?
Я увидела, как Джон оглядывается по сторонам, когда мои слова отложились в его сознании, словно до сих пор он и не осознавал, что Ревик мог уйти. Я проследила за его взглядом, затем, не увидев ничего, я сдалась и открыла свой свет для связи, которую делила с Ревиком.
«Эй. Ты здесь? Я в баре. Я не могу тебя найти».