Ревик прежде уже видел цунами. Одно из них он видел с воздуха — в Японии, пока работал на Шулеров. Раз или два он видел записи по новостным каналам, а также испытывал ВР-симуляции для тренировок в условиях катастроф. Но он ни разу не бывал в настоящем цунами.
Он также не видел цунами, которое вот-вот собиралось обрушиться на множество дорогих ему людей.
Сама мощь волны вызывала примитивный, животный ужас, прокатившийся эхом по его телу. В груди поднялась тошнота. Его сердце забилось сильнее; дыхание сделалось отрывистым.
Он видел, как вздыбившаяся волна приближается быстрее и быстрее, пока вертолёт поднимался над зданиями и ускорился, несясь в направлении воды. Видя высоту этой волны, которая врезалась в первые здания у гавани, Ревик ощутил, как его горло совершенно пересохло.
То тошнотворное чувство в груди усилилось.
Он постарался вытолкнуть его из своего света, пока не запаниковал по-настоящему и не спровоцировал ошейник, но он сумел лишь приглушить свои мысли. Когда он взглянул на мужчину в следующий раз, человек всё ещё усмехался.
— Там же люди, — сказал Ревик. — Много людей.
Человек пожал плечами, его глаза оставались холодными.
Не такими ледяными, как у Дитрини, но достаточно холодными, чтобы взбесить Ревика.
— Видимо, у тебя не осталось семьи в городе, — добавил Ревик едким тоном.
— Сейчас везде непросто, ледянокровка, — глаза мужчины сделались ещё холоднее, выдержав взгляд Ревика и не дрогнув. — Может, ты не слышал? Тот вирус, который ты и твоя пи*да-жена решили сбросить в воду, сделал ситуацию безвыигрышной для нас. Не осталось времени оплакивать богатых засранцев Нью-Йорка, уж прости.
Ревик не ответил.
Его взгляд вернулся к окну.
Взглянув на Джона и Мэйгара, он увидел, что они смотрят на тот же вид, со схожими выражениями онемелой пустоты на лицах.
Но Мэйгар выглядел так, будто его сейчас стошнит, тогда как лицо Джона источало совершенный ужас и беспомощное неверие, которое, как подозревал Ревик, вызвано скорее тем, что Врег там, внизу, а не уничтожением города, и даже не количеством людей, которые наверняка погибнут в следующие пятнадцать минут.
Но Ревик не мог обвинять своего шурина за такие мысли.
Посмотрев на вид перед ними и на волну, которая поднялась ещё выше за те несколько секунд, что он отвернулся, Ревик почувствовал, как что-то в его груди немеет при мысли о том, что куда бы они ни направлялись, это не воссоединит его с Элли.
Он вынужден был надеяться, что она благополучно выбралась из города.
Громоподобный грохот рикошетом пронёсся между зданиями.
Ревик сфокусировал взгляд, когда волна врезалась в самую южную точку на горизонте, выбивая окна, снося постройки из стекла и стали. Два массивных небоскрёба врезались друг в друга и отлетели обратно, затем столкнулись во второй раз, уже с большей силой, и по обе стороны разбились окна. Здание «Чёрной Стрелы», сине-зелёный шедевр дизайна и одно из самых высоких зданий в стране, подверглось удару следующим — пирамидальная постройка на вершине разлетелась дождём из осколков стекла и покорёженного металла.
Массивное здание согнулось и сломилось назад. Ревик смотрел, будучи не в состоянии отвернуться, как оно обрушилось по-настоящему, смяв под собой три более старых кирпичных здания, которые стояли поблизости.
Грохот был оглушительным, таким громким, что в этот момент было сложно даже думать.
По правде говоря, Ревик едва мог воспринимать это все как реальность.
Затем сдерживающее поле города взорвалось яркой вспышкой ослепительного сине-белого света. Жёсткие импульсы электрических разрядов пробежали по южной стороне и бокам Манхэттена, как молнии, взрывая трансформаторы и вырубая поля вдоль обеих рек.
Наблюдая, как ещё больше небоскрёбов врезается друг в друга как гигантское домино, Ревик задержал дыхание, видя, как люди бегут по улице, словно они могли попросту убежать от этого.
Вертолёт продолжал взлетать, поднимая их над самыми высокими зданиями в центре, когда волна наконец-то обрушилась по-настоящему, рухнув, как живая сила, посреди Нижнего Манхэттена и переполнив каждую улицу водой.
Это был последний вид, который Ревик увидел перед тем, как стена воды полностью поглотила горизонт.
Глава 47
Темнота
Такое чувство, будто они летели часами.
На самом деле, учитывая дальность полёта данного вертолёта, не могло пройти больше одного-двух часов, но Ревик значительную часть пути ничего не видел, так что не отсчитывал ориентиры, как делал бы это при нормальных условиях.