— Это так, — сказала женщина осторожно. — Но я молода, и потому не спешу.
— Тебе двадцать шесть, — заметил эльф. — Маги обязаны вступать в брак в возрасте двадцати пяти.
— Я никогда не слышала об этом законе, — возразила она.
— Большинство магов рано вступают в брак, а потому вспоминать о законе приходится редко. Но он есть, миледи. И ты не можешь игнорировать его.
— Полагаю, что нет, — ответила Кеттура со вздохом. — Прежде, чем взойдет луна, я проконсультируюсь со свахой.
— Нет нужды. Выбор уже сделан.
Казалось, сердце Кеттуры подпрыгнуло вверх. Словно натянув веревку, державшую его в груди, оно с болью рухнуло на прежнее место.
— Выбор — это прерогатива женщины.
— Есть исключения, — заметил он. — Время от времени выясняется, что происхождение одного мага исключительно хорошо подходит другому.
— И кто же это?
— Выбор был представлен Совету Старейшин и утвержден.
Как правило, предложенная партия могла быть обжалована, но если дела зашли так далеко, ничто не могло изменить решение.
— Кого мне выбрали? — обреченно сказала Кеттура.
— Дамари Эксчелсора.
Ледяная волна недоверия пронеслась по телу женщины.
— Это невозможно! Он был моим учеником! Подобное просто неприлично.
— Он покинул башню почти год назад, — отметил джордайн. — Его текущий учитель считает его достойным пройти испытание на звание подмастерья мага школы общего профиля. Его специальность — зельеварение. Она не потребует твоего искусства призыва.
Кеттура примирительно вздохнула.
— Когда два волшебника, подходящие друг другу для брака, уже знакомы, обычай рассматривает природу их чувств. Между нами никогда не происходило ничего, способного привести к замужеству!
— Он уже дал свое согласие. Выбор сделан и утвержден. Брачный пир, как я понимаю, назначен на эту ночь, — джордайн склонил голову, прислушиваясь к топоту, приближающемуся к воротам Кеттуры. — Это семья Эксчелсор. Как хозяйка этой башни, разве не должна ты приветствовать их?
В полнейшем оцепенении Кеттура вышла во двор. Дамари Эксчелсор вошел в сад. В его глазах застыло странное застенчивое выражение. Это немного успокоило Кеттуру. Если ей и пришлось испытать на себе гнет событий, лежавших за пределами её власти, то она, во всяком случае, оказалась в подобной ситуации не одна.
За Дамари шла его свита и семья. С ними был жрец Мистры и прислуга, несущая подносы с традиционными брачными предметами: серебряной чашей, свитком и небольшим, украшенным самоцветами, ножом. Одна из служанок держала шелковое малиновое платье, покрытое богатой вышивкой и украшенное драгоценными камнями. Она протянула его Кеттуре, громко возмутившись простой туникой и голыми ногами женщины.
— Уже? — пробормотала Кеттура, обращая взгляд к советнику королевы.
Зефир пожал плечами.
— Зачем ждать? Дело решено.
Двигаясь, словно во сне, Кеттура позволила служанке одеть платье и завязать вокруг талии свадебный пояс.
Она повторила заклинания объединения и выпила из протянутой чаши. Когда в руках у неё оказался церемониальный нож, а слуги сдвинули рукав одеяния, чтобы обнажить запястье, женщина на мгновение уставилась на руку, изучая слабую пульсацию жизни под кожей.
Словно боясь возможных действий Кеттуры, жрец быстро забрал нож и передал его Дамари. Тот порезал запястье невесты, а затем проделал то же самое со своим собственным. Маги коснулись запястья друг друга — символ соединения родословных.
Когда церемония наконец была завершена, клан Эксчелсоров закатил шумный праздник. Дамари поморщился, посылая Кеттуре застенчивую и печальную улыбку.
— Миледи, как я вижу, вы смущены. Если желаете насладиться несколькими мгновениями одиночества, чтобы перевести дыхание, я постараюсь держать гуляк подальше.
Она кивнула, благодарная за понимание, и ускользнула на поиски тихого уголка сада.
Дамари посмотрел ей вслед, после чего поискал глазами джордайна королевы. Он нашел эльфа у главных ворот. Тот наблюдал за праздником, прищурив глаза.
— Дело сделано. И сделано отлично, — заметил Дамари.
— Разве? — не согласился Зефир. — Ты пришел сюда задолго до назначенного часа. Прежде, чем Кеттура узнала причину выбора. По закону, она должна быть оглашена.
— Так и будет, как только настанет время. Доверь это мне.
Когда джордайн заколебался, Дамари потряс небольшим, заполненным монетами мешочком, висевшим на руке.
— Нашей госпоже не нужны деньги. Её обогащает твоя верная служба, — сказал он многозначительно.