Кива намеревалась использовать это время с пользой. Она начала творить новое заклинание для дальнего перемещения. Прежде, чем успеет остыть тело Фарры Нур, Кива уже окажется в Нате — диких северо-западных горах. А завтра в этот же час потомки всех трех создателей звезды окажутся у неё в руках.
Глава 8
Грозовые тучи грохотали над дикими горами. Дождь лил не переставая. Время от времени, шипящие молнии дарили унылой местности краткий проблеск света. Пользуясь преимуществами ночного зрения своего народа, Кива тенью скользила по Нату. Эльфийка ни на мгновение не теряла бдительности. В конце концов, намеченная жертва видела в темноте не хуже.
Годы знакомства с шайками кринти дали Киве возможность изучить их привычки, поведение и убежища. Спокойно пройдя по извилистым тропам, она обогнула упавший валун, скрывавший от чужих глаз наблюдательный пост, где стояла высокая воительница — темный силуэт с серой кожей и волосами. Широко расставив ноги, женщина задрала голову к небу, словно бросая вызов богам.
- Хериш, — пробормотала Кива, узнав разведчицу. Сунув руку в сумку, она ощупала содержимое, отыскивая все необходимые для заклинания компоненты. Поднявшись, Кива выкрикнула приветствие на искаженном эльфийском диалекте, которым так гордились кринти.
Выхватив меч, разведчица развернулась. На лице женщины застыла настороженность. Радость быстро сменила подозрительность, стоило Киве выйти из укрытия.
Хериш вприпрыжку бросилась вперед, заключая эльфийку в крепкие дружеские объятия.
- Сестра! Я так рада, что ты жива!
- Меня саму это несказанно радует, — ответила Кива со всей теплотой, на которую была способна. Она быстро высвободилась из объятий и протянула кринти небольшой потускневший серебряный медальон. — Я принесла тебе подарок.
Принимая безделушку, кринти с интересом осмотрела её.
- Открой, — предложила Кива.
Хериш отыскала застежку. Внутри медальона лежал полуистлевший локон белых волос. Женщина подняла удивленный взгляд на Киву.
- Реликвия, — сказала эльфийка, подтверждая невысказанный вопрос воительницы. — Все, что осталось от Махидры. Амазонки, основавшей ваш клан.
Кринти быстро повесила медальон на шею. Переполненная чувствами, она выпрямилась и в знак глубочайшей признательности скрестила руки, ударяя кулаками по плечам.
- Клянусь, я буду достойна этой вещи. Моя жизнь принадлежит тебе.
Эти слова заставили Киву быстро улыбнуться.
- Расскажи мне о наших успехах в недавнем бою.
Лицо кринти помрачнело.
- Все плохо. Многие кринти пали в сражении с воинами Халруаа, некоторые бежали от темных фейри. Разведчицы собрали выживших. До новолуния мы вернемся к Дамбрату.
Кива кивнула, соглашаясь.
- Лагерь рядом?
- Час хода, может два. Я отведу тебя.
Хериш быстро побежала вперед. Легким шагом, эльфийка последовала за кринти. В поле зрения показались пирамидальные курганы фейри. Возвышаясь лишь в паре шагов поодаль, они были окутаны дождем и туманом. Кива упала, крепко прижимая колени и изо всех сил стараясь восстановить дыхание, словно бег утомил её.
Кринти вернулась, выглядя озадаченной. Кива резко выпрямилась, выбрасывая руку и швыряя заряд черно-красной энергии в амазонку. Магический снаряд ударил Хериш в грудь, отбрасывая к одному из курганов. Женщина тяжело ударилась о землю, раскидывая руки в сторону. Кринти застыла, словно попавшая в паутину муха, слишком ошеломленная, чтобы сдвинуться с места.
Из сумки Кива достала инструменты — маленький молоточек и четыре длинных серебряных колышка. С мрачным видом охотящегося вампира, она приблизилась к оглушенной кринти. Эльфийка вбила колья в руки и ноги женщины. Несмотря на все происходящее, Хериш, застрявшая в волшебной ловушке, не вскрикнула. Воительницы кринти не признавали боли. Но странные голубые глаза женщины горели непониманием и горечью от свершенного предательства.
Поднявшись на ноги, Кива начала двигаться против часовой стрелки, выпевая заклинание. Наконец завершив круг, она поймала обвиняющий взгляд пленницы и резко соединила руки. Вспышка черной молнии — и тело женщины засосало в курган.
Эльфийка ждала, пока черная магия подействует. Жизнь за жизнь — Кива охотно обрекла Хериш на заключение в месте, которого кринти боялись больше смерти, в обмен на свободу более полезного существа.