- Магистр, мы как раз вас ждём, - начал сотник Виров и почти сразу замолк.
- Кто его ударил? - я медленно начал подходить к мальчику, от которого быстро отошли рядовые и, словно спрятались, встали за спиной Вирова.
- Никто, - робко подал голос один из них, - он сам. Упал, когда вырвался.
- Идиоты! - припечатал, открыто посмотрев на Вирова. - Почему сразу не послали за мной?
- Так послали же, - запротестовал сотник.
Я прикрыл глаза и поправился:
- Хорошо. Почему не дождались? Зачем тащили его силой? - сам же опустился на холодную землю рядом с малышом. Мальчик зыркал на меня из-под лобья и хлюпал простуженным и кровящим носом, но, как ни странно, не пытался удрать. Что-то почувствовал? Потому что я-то как раз видел в нем зачатки тёмной искры дара. Пока ещё совсем крошечные искорки, которые с возрастом разгорятся в настоящий темный дар.
- Да смердело там, - возразил командир пехоты, - кровищей свернувшейся все стены забрызганы. Неужто надо было там пацаненка оставить?! - простодушно удивился Виров.
Я только покачал головой на такое:
- Возможно, это кровь его родных, об это вы не подумали? - зло спросил. - Что это мог быть его родной дом!
И удивительное дело, взрослый мужик потупился и промолчал.
- Привет, - улыбнулся я малышу, - как тебя зовут?
Но вместо ответа мальчишка резко придвинулся ко мне и прижался, уткнувшись мне прямо в распахнутое пальто. От неожиданности, замешкался на секунду, а потом прижал худое тельце к себе, чувствуя, как внутри все переворачивается.
Лорд Дарий Торн
- Есть выживший, - голос Орива был усталым, - мальчик пяти лет. - на этих словах император, присутствовавший при нашем разговоре через связной аппарат, сморщился и прикрыл глаза. Рейв, которого я отозвал с границы, решив, что после Эрева война вряд ли будет выглядеть как обычные боевые действия, а его трезвая голова нужнее здесь, встал со стула и пришёлся до окна, где застыл соляной статуей.
- Он что-нибудь видел?
- Мальчик истощен, простужен и психологически травмирован, - холодно перечислил Орив, - он молчит. Чудо, что он дался мне в руки, потому что от солдат он отбивался как мог.
- Попробуешь его разговорить? - малыша было жаль. По слова Орива в Эреве был сущий ужас, и бедный мальчик все это видел, но также он мог видеть и что-то важное, и поэтому нужно попытаться его разговорить.
- Может считать его память? - спросил Рейв от окна, чуть повысив голос, чтобы Ориву было хорошо слышно.
- Гарет, ты действительно предлагаешь лезть в мозги маленькому мальчику, используя заклинание, которое и у взрослых порой вызывает необратимые изменения? - казалось голос Остева заморозит всех нас прямо через передатчик.
- Я предлагаю только то, что эффективно в данной ситуации, - Рейв даже не пытался оправдаться, полностью уверенный в своей правоте. Он повернулся и посмотрел мне в глаза, - можно попробовать усеченное заклинание, которое коснется только последних дней. Быть может для него это благо, что он забудет эти события.
- Ты уверен, что заклинание подействует как надо?! - все-таки вспылил Орив.
Вот поэтому я и не могу оставить кого-то одного из них после себя. Гарет приверженец радикальных методов, а Орив оценивает все через призму своего дара.
- Нет, - просто ответил Рейв, - но это наиболее действенно сейчас.
- Я против! - рявкнул Остев.
Георг, молчавший всю перепалку, неожиданно подал голос:
- Я поддерживаю магистра Остева. А вам, лорд Рейв, следует не забывать, что цена некоторых жертв может быть слишком высока. Помниться, у вас тоже есть дочь, - слегка прищурился император, а Гарет отвел глаза, - ничто в мире не стоит детской жизни. Этот малыш пережил достаточно за свою короткую жизнь. Привезите его сюда, магистр, - обратился он к переговорнику, - возможно, моя невеста сможет чем-то помочь, все же ментальный дар намного более щадящий, чем топорное заклинание.
Я с императором был полностью согласен. Есть вещи, на которые я никогда не смогу согласиться, и брать ответственность за эту маленькую жизнь я не готов.
- Слушаюсь, - просто ответил Орив.
- Орив, активируй портальный маяк. Я отдам приказ, чтобы вам открыли портал, как только уловят сигнал маяка.
Магистр Танаис Остева
Вечером мы ужинали в доме старосты. Магистр Патер договорился с Ярисом и Астой о завтраках и ужинах, обедали же мы у военных, которые с радостью делились походной едой.
За целый день удалось разобрать несколько листов записей, которые мы с Куртом взяли с собой, чтобы Мороф перевёл их. Ривирас освободился только к тому моменту, когда мы собирались возвращаться в деревню.