В зале переговоров на одиннадцатом этаже облгосадминистрации проходит очередное заседание. Денис Пушилин объявляет о создании «донецкой народной армии» и о том, что «республика переедет» в другое здание, чтобы «нормальные» чиновники могли продолжить работу в администрации. Кажется, история с сепаратизмом подходит к концу.
У этих ребят — кинологов, демонтажников, коммерсантов — не хватит ресурсов, чтобы осуществить «крымский план». Да и нет у них задачи и желания осуществить этот план: они просто устали быть пеплом угольной истории, им хочется почувствовать себя хоть кем-то весомым.
Екатерина Сергацкова, «Украинская правда»
11 апреля 2014
Глава «правительства» ДНР: «Сейчас мне некогда заниматься МММ»
На второй этаж захваченной Донецкой областной администрации не пускают: «Стоять! Пропуск!» — требует молодой человек в черной маске.
«Да я к Пушилину...» Он рукой преграждает путь. «Ну и что, что к Пушилину?» — «Он глава правительства...» — пытаюсь оправдаться я.
Человека в маске окрикивает мужчина в черном недорогом пиджаке. «Это ко мне, пустите!»
Обиженная очередь за моей спиной начинает причитать, почему меня пустили, а их нет.
Вместе с лидером «временного правительства» «Донецкой народной республики» идем на одиннадцатый этаж, где находится зал заседаний и кабинет губернатора Сергея Таруты, который превратился в комнату отдыха сепаратистов.
— Чем вы занимались до того, как пришли сюда? — задаю вопрос, пока поднимаемся по лестнице.
— Коммерцией занимался. Кондитерские изделия — основное направление (компания «Солодке життя». — Прим. ред.). А сам я с Макеевки.
Кто-то дергает Пушилина за рукав.
— Ну что? Как? — спрашивает мужчина.
— Держимся, держимся! По-другому никак! — бодро отвечает Пушилин и сообщает мне:
— Я так по сто раз на день хожу туда-сюда на одиннадцатый. Вот он, здоровый образ жизни!
По пути Пушилина перехватывает группа журналистов, требующих рассказать, что за референдум предстоит провести на Донбассе.
— Есть три варианта вопросов, которые можно решить на референдуме, — говорит на камеру Пушилин. — Один из них — суверенитет. Это дает возможность выбирать, на каких условиях вступать с какой-либо из стран в конфедерацию — с Россией или с Украиной. То есть что будет выгоднее Донбассу, например в экономическом плане.
— Ожидаете штурм? — спрашивает журналист.
— Штурмов мы ожидаем в любом момент. Мы не хотим допустить кровопролития.
Проходим в переговорную. Нас сопровождает неизвестный мужчина, судя по всему, помощник Пушилина. Получив согласие на то, чтобы присутствовать в комнате, садится на дальнее кресло и сразу же засыпает.
Звонят из Луганска. Сообщают, что общими усилиями установили сцену. Пушилин улыбается и говорит в ответ: «Молодцы! Держитесь!» Улыбка с его лица не сходит ни на миг. Похоже, его чрезвычайно радует, что он оказался в центре событий, да еще в таком статусе.
Правда, на то, что сейчас происходит на Донбассе, ни он, ни «временное правительство» ДНР влияния не оказывают. К молчаливым российским военным, появившимся на периферии области, это отношения не имеет.
Денис Пушилин — обыкновенный мелкий предприниматель, которому никогда особенно крупно не везло, и теперь у него появился шанс добиться чего-то существенного. Терять ему, судя по всему, нечего.
— Я участвовал во всех проектах, которые не запрещены законом, включая финансовые пирамиды, — продолжает рассказ о своей карьере Пушилин.
— Пирамиды МММ?
— МММ — конечно, да, абсолютно. Не считаю это чем-то зазорным. Если бы это было чем-то противозаконным, меня бы уже арестовали. Что такое сейчас МММ? Это касса взаимопомощи, а не как в 90-х, нет возможности ее разрушить.
Пушилин готовится рассказать мне об МММ подробнее, но я его вежливо останавливаю. В интернете есть несколько видеороликов, где нынешний глава «Донецкой народной республики» дает уроки финансовой грамотности. От партии Мавроди «Мы имеем цель», ячейку которой он возглавил в 2013 году, собирался баллотироваться в депутаты Верховной Рады по 94-му округу. Но что-то пошло не так.
— Много на этом зарабатываете?
— Да это не бизнес и не основной источник доходов. Но сейчас мне некогда этим заниматься. Больше нахожусь тут.
— Почему решили участвовать в этом движении?
— Понимаете, нам навязывают, какие будут памятники, кто герой, а кто фашист. Давление на Донбасс оказывалось все сильнее. Пока шел Майдан, я видел своими глазами, как это все происходило. Видел, что это жесткая манипуляция, которая так или иначе повлекла такие события.