— По-моему, можете, — сказал Повар. И быстро добавил. — Да-да, я понимаю, что это смахивает на провокацию. Но это не провокация. Как по-вашему, операция «Миротворец» действительно поможет установить мир в Чечне?
— Мир в Чечне, — скучным голосом проговорил собеседник Повара, наступит только тогда, когда через Чечню станет невыгодно отмывать деньги. Я имею в виду не только то, что Чечня — это сейчас центр терроризма, наркобизнеса, похищений людей и торговли оружием. Я имею в виду прежде всего прочные связи между воротилами в Москве и в Грозном, благодаря которым нефть списывается сгоревшей в Чечне, а деньги за неё оседают на западных банковских счетах, то же самое происходит со сталью, самолетами, инвестициями из федерального бюджета и многим другим.
— А чем больше гибнет и чеченцев и русских, тем легче в этой кровавой каше прятать концы в воду, — подхватил Повар. — При ста убитых виновные были бы схвачены за руку и пошли под суд. При ста тысячах убитых и раздутой ненависти народов друг к другу виновные никому не видны. Наказать их можно только одним способом — сделать так, чтобы их деньги не попадали на западные счета. А если бы и попадали — то блокировались бы там. Иначе никакой самый хороший правитель ничего не изменит. Вроде, Масхадова тоже сперва считали нормальным человеком, с которым можно договориться — а теперь не поймешь, кто он, президент или заложник собственных подданных. И бессмысленно требовать от него каких-то разумных действий. Финал операции «Миротворец» может оказаться приблизительно таким же.
— Вот что вас… эг-м… смущает? — без всякой заинтересованности в голосе осведомился собеседник Повара.
— Приблизительно да. Дело в том, что возникает вариант получше. Американцы хотят голову Курослепова. Нам это тоже на руку. Но, если мы сыграем с ними в эту игру, нам придется пожертвовать — в какой-то степени пожертвовать — операцией «Миротворец».
— Это интересно… Но почему вы обращаетесь с этим ко мне… А не на самый верх, к тем, кто курирует операцию?
— По нескольким причинам. Скажем так, они не желают смотреть в глаза реальности. Один из них заявляет недавно, в опубликованном всеми газетами интервью, что ваххабизм — это нормальное течение внутри мусульманства, в котором нет ничего террористического и опасного и с которым вовсе не следует бороться. При таких взглядах, как можно надеяться, что любой «Миротворец» будет способен залечить нашу многолетнюю язву? Второй… Вот, поглядите этот документ, — и Повар вынул из папки заранее приготовленную бумажку.
Его собеседник внимательно этот документ изучил.
— Второй, — усмехнулся Повар, — подписывает вот это предоставление льготного режима одному из мусульманских культурных фондов — как гуманитарной международной организации, деятельность которой способствует налаживанию взаимопонимания между народами и идет во благо процессам примирения и укрепления доверия… Так, я правильно цитирую? Все бы хорошо, такой замечательной организации и надо предоставлять режим наибольшего благоприятствования, но дело в том, что как раз через двух активистов этого фонда и произошла утечка информации о местонахождении того, кто является центром операции «Миротворец» — кто, собственно, и есть сама эта операция утечка, едва не закончившаяся его смертью. Утечка произошла в то время, когда этот человек ещё находился на территории Чечни. К этим двум активистам обратились с просьбой, в виде ответной услуги за хорошее отношение, взять на себя финансирование обучения в Оксфорде двух внуков этого человека, выехавших ранее его самого. То есть, сделать вид, что это их гуманитарный фонд дает стипендии двум талантливым молодым мусульманам, очень правоверным, заметьте, и уже образованным так, что многим муфтиям нос утрут — мы готовы были даже деньги платить, лишь бы внешне наше государство не имело к этим людям никакого отношения. Чтобы лишней ниточки не оставлять, понимаете? И эти двое сразу же, грубо говоря, заложили нашего «Миротворца» охотникам за ним. Так как я могу обращаться к человеку, который одной рукой руководит операцией, а другой — обнимается, можно сказать, с теми, кто имеет тесные связи с противниками этой операции?
Собеседник Повара молчал, и Повар продолжил.
— Есть и ещё одно обстоятельство. Тот, Второй, о ком мы говорим, уже продемонстрировал свои антиамериканские настроения. Оно и понятно. Такие настроения сейчас популярны, на них много играет оппозиция, и антиамериканизм будет одним из хороших козырей в президентской гонке. Так что, можно сказать, наш Второй уже загодя включился в президентскую гонку несколько раз проявив при этом нелояльность к президенту, мягко говоря. И я не удивлюсь, если дни его при президенте сочтены. В общем-то, он все делает правильно, но, к сожалению, похоже, его антиамериканские настроения сколько-то искренни, поэтому он не сумеет оценить ценнейший подарок, который я ему преподношу. В отличие от вас.