Клинок вырвался из его тела и вознесся, рассекая кокон. Лед лопнул, высвобождая поток воды, разрывающий и смывающий потерявшую целостность ловушку.
Если бы П’Джер в момент отката своей сильнейшей атаки не был ослеплен радостью скорой и легкой победы он бы заметил, что созданная ледяная глыба куда как шире, чем нужно для спонтанной защиты тела. Если бы он больше знал о Свете, он бы понимал, что враг может растопить воду, не нарушая внешнюю оболочку и вернуть себе свободу движений. Если бы он не перекрыл себе обзор коконом, он бы заметил, что рыцарь движется внутри.
Если бы не инстинкты, что не видели опасности в уже побежденном враге, то всего этого не случилось бы…
Последнее, что увидел П’Джер это холодный взгляд рыцаря в щелях его шлема, а затем воздетый клинок опустился и рассек чудовище вдоль тела…
— Вот же урод, — простонал я, выпрыгивая из лужи кислоты, которая едва меня не расплавила. Благо лед под ногами додумался не убирать, что и позволило мне спастись. Самое глупое, что в момент, когда я собирался прыгнуть, то еще и поскользнулся, едва не вывалившись в проделанный выход из моего убежища.
Было бы глупо так умереть, победив врага, но рухнув в кислоту из-за нелепой скользкой поверхности.
Ну и заставил же ты меня намучатся…
Да, бой был не то чтобы сложным, но муторным, особенно, если учесть, что с новой силой и возможностями я не разобрался. Стоило уговорить Бахока дать мне больший отгул для лучшего освоения новых возможностей тела. Вот только на войне нет у тебя возможности выбирать, и пришлось вступить в бой, толком не развив, что имею.
Хорошо хоть про воду вспомнил.
— Мда, план сработал, — хмыкнул я, посмотрев на труп арахнозверя.
Подобраться к нему и ударить клинком у меня возможности не было. А значит, нужно было эту возможность создать. Чтобы одолеть врага, нужно было дать ему уверенность в победе. Чтобы он сам подошел и открылся. Ну и пока мы играли с ним в гляделки, я рисовал на внутренней стороне щита рунную цепочку создания воды. Она не сильно сложная, но её приходилось рисовать на ходу. А затем, после заморозки, пришлось аккуратненько плавить лед вокруг себя и возвращать свободу движений, при этом стоя как статуя, чтоб враг ничего не понял.
Когда он замотал меня в кокон, нужда в притворстве уже пропала, и оставалось только ждать. А потом, ориентируясь на ощущения ауры, ударить потерявшего осторожность паука Выпадом с Клинком прямо сквозь ледяную стену. Затем разрубить кокон вместе с ледяной оболочкой и добить подранка.,
Подобного трюка он никак не ожидал.
— В следующий раз развивай и мозги, и учи магические свойства, — фыркнул я. — На одних инстинктах в этой мире не выехать.
Да, будучи просто тупым животным с минимальными мозгами он сам себя и подставил. Привык к простым битвам и ясным атакам, а вот хитрые планы, основанные на магических свойствах, он никак не ожидал. Недостаток знаний сыграл с ним злую шутку.
— Эх, ладно, надо помочь остальным, — тряхнул я голову. — Где там…
В следующий миг мощный порыв ветра сбивает меня с ног и отшвыривает в сторону.
— У-а-а-а-а-а-у! — закричал я, протащившись по земле, а затем врезавшись в остатки стены.
Слегка закружилась голова, но быстро прихожу в себя и поднимаюсь.
— Похоже, у них там весело…
Глава 36. Унижение для мага
— Дилетанты, — спокойным хриплым голосом произнес Фохот, отшвыривая от себя костяного коня, что снова попытался ударить его.
Тот стрелял Стрелами Праха и Костяными Осколками, но столь примитивные заклятья просто разбивались о Паутинный щит колдуна.
Старый паук с презрением смотрел на эти жалкие потуги и лишь небрежно отмахивался. Однако пусть он смотрел на своих врагов как на мусор, но совершенно точно не собирался подпускать их к себе слишком близко и обезопасил себя от них. Все же, каким бы старым, мудрым и хитрым он ни был, но сражаться открыто с противниками пятого ранга он не собирался. Какими бы они ни были ничтожными в сравнении с ним, но они уже достигли уровня элитной нежити, а значит, что-то все же могут.
Пускай маг превосходил своих противников во всем, но осторожность свою он не ослаблял.
Недавнее поражение многому научило старика.
Уверенный в своем уме, хитрости и продуманности, он допустил огромную ошибку, недооценив противника, из-за чего план Матери провалился. Конечно, потеря была невелика, но из-за него пришлось полностью менять план, перестраивать его и…